В темном зале, где щебетали электрички и витражи фонарей мерцали прохожими на улицах, я снова оказался среди людей. Смутная память заставила меня почувствовать себя несвободным, словно запертый в тесном пространстве между двумя стенами. Однако эта новая реальность дала мне жажду действий и новых приключений, как лишь я увидел на полу черные джинсы и грязную толстовку из магазина....
Похоже, «Черный лис. Том 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Через минуту очки вновь скрылись в рукаве, а хранитель возвестил: этот человек — адепт таттвы Порядка, — по залу прокатился шорох. — И так как этой таттве подчиняются все другие, потенциал его оценить невозможно. Поскольку границ таковому не имеется.
Я думал, после этих слов начнётся столпотворение. Но случилось всё наоборот: люди замерли, уставившись на меня во все глаза. Никто не проронил ни слова. Кажется, они даже не дышали.
— И это доказывает его виновность! — вдруг закричал Сётоку. — Обращаться к таттве Порядка запрещено! Этот человек — вне закона.
— Позвольте, господин, — невозмутимо вмешался хранитель. — Вы сами только что сказали: запрещено ОБРАЩАТЬСЯ. Но насколько я вижу, этот юноша не сделал ничего плохого. Он ни разу не обратился к Эфиру. И если бы вы не попросили меня проверить его принадлежность к таттвам, я бы смело сказал: это самый обыкновенный мальчик.
— Но вы подтвердили, что он — сэнсэй, — упрямо гнул своё Сётоку. — А значит, в любой момент может совершить преступление.
— Не пойман — не вор, — пожал плечами хранитель. И добавил: — Если у вас всё, считаю инцидент исчерпанным и прошу всех разойтись. Мне нужно вернуться к составлению зарплатной ведомости для цирюльников и брадобреев за истёкший период.
Я моргнул.
— Как, и на этом всё? Удостоверили личность — и гуляй, Вася? — спросил я Любаву. — А как же вопли о том, что я в списке потенциальных правителей Ямато?..
— Поздравляю, — фыркнула девушка — Так как ты — первый в очереди, трон твой по праву, можешь больше не сомневаться.
— Да я вообще-то не о том, — я пристально посмотрел на принца. Тот стоял, как громом пораженный. Вероятно, совершенно не рассчитывал на такой исход. Но скоро он придёт в себя… — Не верю, что он на этом успокоится, — пробормотал я тихо, чтобы слышала одна лишь Любава. — А ещё мне всё больше не нравятся хатамото.
— Стойте! — как я и предполагал, Сётоку довольно быстро пришел в себя. — Я требую испытания кровью."
"— Но господин, такого испытания не проводили уже больше двухсот лет, — удивлённо вскинул брови хранитель.
Я почувствовал чувствительный тычок в рёбра.
— Что?..
— К тебе обращаются, — прошипела Любава.
