Особенно настороженно на нас пялились друзья Шуйского. Уверен, они чувствовали, что между задорным смехом княжича и отсутствием Мишки за завтраком, есть какая-то взаимосвязь.
В общем, по своим классам мы с ним разошлись в прекрасном настроении. Хотя три радостных повода за одно утро — это, пожалуй, слишком много. Мне почему-то казалось, что с моим счастьем таких дней быть просто не может, а значит что-то обязательно должно случиться.
Однако, день шел как обычно, без особых происшествий. На большой перемене я отыскал Рябинину, которая в это время собиралась проверить как там дела у Бродяги. Я решил ее сопроводить, а заодно и поговорить насчет своих ощущений сегодня утром, когда был рядом с ним утром."
"Дождь к этому времени уже давно закончился, так что прогулка получилась вполне себе приятной. Первым делом я поблагодарил Яну Владимировну за помощь в лечении моего дуба и пообещал притащить ей огромный торт. Шоколадный с вишнями.
— Торт? — как всегда с улыбкой спросила она и посмотрела на меня из-за своих огромных очков на половину лица. — Вообще-то, я бы его и так полечила, как ты понимаешь, но идея с тортом мне нравится. Какая девочка откажется от сладкого? Только почему именно шоколадный с вишнями?
— Не знаю, наверное, потому что это мой самый любимый, — ответил я. — И я знаю где его в Белозерске лучше всего готовят.
— А-а… В таком случае это меняет дело, — рассмеялась она. — Я согласна на шоколадный. Только огромный мне не нужен. Давай небольшой, чтобы мы его вместе с чаем съели.
Вот это хорошая идея. Я, конечно, не девочка, но тортик пропускать не буду. Тем более такой.
— Что касается твоего вопроса… Видишь ли, вообще-то, это обычное заклинание восстановления и превратить твоего Бродягу в живодрево оно не должно, — ответила она. — Хотя, в случае конкретно этого дуба может быть и по-другому.
— Почему это?
— Ну он же и сам по себе немного необычный у тебя. Ведь ты его пробудил, — объяснила Рябинина. — Причем получилось нечто среднее между живодревом и обычным дубом. Уникальный случай, можно сказать.
— Угу… — кивнул я. — Со мной такое часто бывает…
— Так что будем наблюдать. Может быть, мне удастся увидеть единственное в своем роде превращение обычного дуба в живодрево, путем пробуждения его духа, — в этот момент она звонко рассмеялась. — У твоего любимого Щекина после того урока до сих пор глаз дергается, когда я ему про историю с Бродягой напоминаю. Он до сих пор радуется, что у вас магическая ботаника только во втором классе.
— Могу себе представить, — усмехнулся я, вспоминая как офигел Компонент, когда увидел дуб, ломанувшийся к школьным воротам.
— Кстати, не забудь его тоже пригласить на наше чаепитие, — сказала Яна Владимировна. — Он тоже участвовал в восстановлении дуба.