Ночной гость оказался необычным и непредсказуемым — переполненным загадками и тайнами. В три часа утра меня прокручивались воспоминания прошлое, беспокойства будущего, а также мелькнуло видение чужого мира, за пределами моей нормальной жизни. Каждый штрих из этого сна наполнял дневную жизнь новыми оттенками и загадочными вопросами, заставляя каждый день проявляться как новый кусочек рисунка большего картины....
Похоже, «Черный Маг Императора 15» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Интересно, что здесь могло произойти, чтобы случилось нечто подобное? Жаль, что в учебниках по истории ничего про это не писали… В них ведь всегда так — если пишут, то только всякую скукотень, от которой засыпаешь на второй странице, а если что по делу — лишь общими фразами отделываются.
— Ибрагим, ты откуда хорошо эти места знаешь? — спросил я, глядя как переливаются разноцветные огни в небе над Чарозером.
В этот момент Градовский тоже подлетел к нам поближе, чтобы послушать. Несмотря на то, что они постоянно переругивались с Турком, я заметил, что они довольно часто общаются между собой и мирятся так же быстро, как и ссорятся.
— Мой господин, Липин Бор для Убийц Чудовищ почти такое же популярное место, как Морок для Одаренных, — ответил он. — Отчасти из-за близости Чарозера к нему. Сами понимаете — много Искажений, это значит куча тварей и проклятий, а следовательно, компонентов и денег.
— Почему именно Липин Бор? — не совсем понял я. — Белозерск же рядом совсем, а по количеству магических лавок с ним разве что Москва или Катринбург может сравниться.
— Вот-вот… — усмехнулся Турок. — Полиции там тоже больше, мой господин. С вероятностью почти сто процентов, прежде чем вам продадут какой-нибудь запрещенный компонент в Мороке, сначала его купят в Липином Бору. Так уж это работает.
— Любопытно… Это получается, что для тех, кто умеет ходить в Серый Мир, Липин Бор тоже ближе, чем Белозерск? — мысль о том, что не вся магическая жизнь сосредоточена на Мороке, показалась мне немного странной
— Конечно.
— Улочка эта Клешня называется, — не выдержал Градовский, что так долго разговаривают без его участия.
— Опять лезешь, когда тебя не просят, ишак горящий? — прорычал Ибрагим, недовольный тем, что ему портят эффект впечатления от первого рассказа.
На этот раз Петр Карлович тоже нашел в арсенале несколько крепких словечек, и пока они обменивались ругательствами, я обдумывал слова Турка. Оказывается, в соседнем городе был целый маленький мир, о котором я ничего не знал.
