Автор
В четверг вечером я уезжал из дома вместе со своим лучшим другом. Несмотря на официальные каникулы, дни казались ненадолго и мы неслись в «Китеж», где каждый новый день ждал новыми приключениями. Я мечтал о встрече с друзьями и преподавателями, Громовой особенно хотелось увидеться....
Мысли все время возвращались к несчастному Журавлеву. Да и вообще… В один момент из тихого и уютного места, Белозерск вдруг превратился в опасный городок, где вот так запросто могут убить ученика.
— Да мало ли, что там могло случиться, Макс? Может быть и правда хотели ограбить вашего Данила, но по ошибке прикончили, — предположил Дориан. — На ночь глядя всегда всякая ерунда в голову лезет. Чего об этом думать, если ясности пока никакой?
Что не говори, а в качестве успокоительного средства Мор работал очень хорошо.
Вот и сейчас я еще немного полежал, раздумывая над его словами, укутался одеялом так, чтобы из-под него ничего не торчало и заснул. Завтра мы все-таки планировали смотаться все вместе в Белозерск. Не сидеть же целое воскресенье в общаге?
* * *Не сказать, что для нас стало большим сюрпризом, что в это воскресенье никого из учеников в город не пустили. Что-то такое мы вчера с Лешкой предполагали, что администрация может принять такое решение.
Очень непривычно было видеть в воскресенье утром так много народа за завтраком. Полная столовка набилась! Такого на моей памяти точно ни разу не было. Ну а еще было удивительно тихо.
Все переговаривались шепотом и украдкой поглядывали друг на друга, как будто знали какую-то тайну, которую следовало как можно глубже спрятать от любопытных. Нарышкин должен был прийти с минуты на минуту, девчонки вообще отказались идти на завтрак, так что я сидел в полном одиночестве.
Обычно я любил, когда на завтрак нам давали оладьи — их почему-то нечасто готовили. Но вот сегодня даже от них никакого удовольствия не было. Наверное, сказывалась общая тревожная обстановка, которая царила этим утром в «Китеже». Оно и понятно, такого здесь давно не было, так что долго еще будут обсуждать."
"— Долго спишь, особа, приближенная к Императору, — поприветствовал я Лешку, который поставил на стол тарелку с оладушками и большую чашку кофе.
— Ну не час, а всего двадцать минут, это во-первых, — ответил он и бросил взгляд в ту сторону, где сидели Юрасов с Вильсоном и еще какие-то парни, которых я не знал. — А во-вторых, я разговаривал по телефону. Причем сначала с Жемчужниковым, а потом со своим братом, который наконец решил уделить мне время в свой выходной.
