Ну а зарабатывать самому на том же самом мне было совершенно не интересно. У меня и без этого был отличный бизнес.
— Мой волос? — недоверчиво спросил я. Понятное дело, что хороший заговор без моего волоса не получится, это я так, скорее просто от недовольства. Все-таки неприятно знать, что кто-то пытается раздобыть частичку тебя. Пусть даже и в виде обычного волоса.
— А как ты хотел?
— Хотел чтобы как-нибудь без этого… Еще бы кровь попросили достать, уроды.
— Кровь как раз не понадобилась, — хмыкнул Нарышкин.
— Искали волос.
— И нашли, судя по всему… Как его раздобыли, интересно знать?
— Это я не узнавал. При желании, я думаю, можно было его с твоей одежды снять или еще что-то придумать. Было бы желание.
— Бог с ним, с волосом, — кивнул я. — Давай рассказывай дальше.
— Дальше я подумал, что будет очень неплохо и об этом сообщить Гвоздевой. В «Тигеле» почти все из кленовых классов, сам знаешь, — да, это я тоже знал. — Поэтому мне показалось, что это будет не самой плохой идеей.
С тарелки исчез еще один пончик и теперь уже на столе покачивалась башня из семи штук. Если на ней появится восьмой, то она уже запросто может рухнуть.
— Если башня стала выше, то идея была верной? — спросил я. — Из тебя хреновый актер, Леха, давай уже добивай меня своим величием. Или это еще не последнее звено в твоей бесконечной цепочке.
— Нет, это был последний, — сказал он, глядя на башню. — Больше ничего делать не потребовалось. Варвара пришла ко мне и рассказала, что ей сдали фамилии всех желающих купить твой волос, о которых ей удалось узнать.
Они каждый по своим связям пытались его достать.
— Ты так говоришь «всех» как будто их там целый отряд.
— Трое.
— Я уже сгораю от нетерпения, — сказал я и взял себе второй пончик.
— Прежде чем я тебе начну фамилии называть, сначала пообещай, что в следующий раз, когда Варвара нас попросит ей помочь с каким-нибудь соревнованием, ты не откажешься.
— Что-то ты меня настораживаешь, дружище, — подозрительно посмотрел я на него.
— С чего вдруг ты решил мне об этом сказать? Разумеется я ей помогу, или на этот раз она может обратиться с чем-нибудь экзотическим.
— Ну как тебе сказать… Учитывая то, что она ради этого попрощалась с двумя своими лягушками, я думаю, взамен она попросит от нас что-нибудь равноценное.
— Отдала лягушек? — удивленно спросил я и покачал головой. — Жесть… Вряд ли мы сможем отблагодарить чем-то подобным.
