В темном лесу передо мной расстилается невзрачная деревня Рязань. Время почти девять вечера, и я не уверен, куда пойду: домой к родителям или остановиться здесь ненадолго? Вокруг тишина, нарушаемая лишь гулом дождя и шорохом ветра сквозь деревья. Атмосфера здесь окутанная мистикой и загадочным спрятаньем сведений о древних подземельях....
— Уток нет, лебедей нет и в самом озере никто не водится. Ни рыбы, ни лягушки.
— То-то я смотрю даже камышей никаких рядом нет, — сказал я, глядя по сторонам.
— Зато за Цитаделью здесь болото огромное есть, типа нашего, где Компонент себе выращивает всякие растения, вот там с лягушками полный порядок! — рассмеялась Лазарева. — Орут так, что иногда ночами спать невозможно!
Мы еще немного постояли возле озера и двинули дальше. За несколько минут, которые мы провели возле темной воды, я даже немного замерз. Почему-то от озера жутко тянуло холодом.
Возле такого долго не посидишь, не то что у нас в «Китеже». Как солнышко выйдет, так вокруг Тихого океана места свободного не найдешь из-за желающих возле воды отдохнуть и на уток полюбоваться.
Спортивный зал был у них внутри Цитадели, зато на территории имелся небольшой стадион. Только ворота на нем какие-то странные были. Я даже не понял зачем они такие нужны, пока Полина не объяснила. Оказывается, в «Тирличе» очень любят регби и активно в него играют на протяжении всех пяти курсов.
А еще у них, оказывается, столовая на улице! Причем довольно далеко от главного корпуса, минут пять топать. В хорошую погоду оно-то ничего, а вот если дубарь под минус двадцать или дождь, то такое себе. Куда лучше, когда столовка рядом с аудиториями. Можно даже на переменке заскочить, чтобы слопать пирожок с чашкой чая, если совсем уже сил нет до обеда или ужина терпеть.
Ага! Небольшая рощица здесь все-таки есть! До нашей Тайги ей очень и очень далеко, но если сильно захочется пикничок устроить, то имеется здесь подходящее местечко.
Стоп, не понял…
— Полина, а что там возле рощи, я понять не могу? Столики какие-то на улице стоят деревянные…
— А на что, по-твоему, это похоже? — с улыбкой спросила она.
— Я бы сказал, что на кафе.
— Вот это оно и есть, — ответила она.
— Оно что и в каникулы работает? Почему дверь открыта?
— Всегда работает, молодой человек, — ответил вместо нее Яков Семенович. — Вдруг кому-то из преподавателей захочется горло промочить или что-то обсудить за кружечкой пива? Кстати, оно здесь самое лучшее в городе!
— Интересно… Ученикам тоже сюда можно ходить, получается? — удивленно спросил я.
— Само собой, — кивнула Лазарева. — Только пиво до восемнадцати лет ученикам не продают, а так вообще да… Во время учебы знаешь сколько здесь народа? Просто тьма! Столов на всех не хватает.
— Могу себе представить…
Это получается, у них в этом кафе по вечерам ребята собираются, как мы в нашей столовой.
