В темном лесу передо мной расстилается невзрачная деревня Рязань. Время почти девять вечера, и я не уверен, куда пойду: домой к родителям или остановиться здесь ненадолго? Вокруг тишина, нарушаемая лишь гулом дождя и шорохом ветра сквозь деревья. Атмосфера здесь окутанная мистикой и загадочным спрятаньем сведений о древних подземельях....
Какая жалость… Именно ее я бы сейчас увидел с очень большим удовольствием, когда еще представится возможность наблюдать ее перекошенное от злости лицо? Ну да ладно. Видеть эту парочку тоже было неплохо. День и правда начинается неплохо, надо же как совпало.
Завидев меня, они разом изменились в лице и теперь смотрели на меня как на мерзкого таракана, но только очень большого. Со слона размером. Такого, которого отчаянно хотелось раздавить, но связываться с ним было крайне опасно.
Лично меня эти взгляды мало трогали, скорее наоборот.
А вот что касается Серебряковой, большой вопрос… Насчет этой девчонки я не был так уверен. Она из разряда тех, кто долго помнит обиды. Если вообще забывает.
— Та еще сучка, — согласился со мной Дориан.
Когда я поравнялся с идущими, они усиленно пытались сделать вид, что меня здесь как бы и нет совсем, но я не дал им такой возможности.
— Что-то вы поздно уезжаете, неужели болезнь затянулась? — с улыбкой спросил я, глядя то на Крассовского, то на Мансурову.
Агата демонстративно отвернулась в другую сторону, а вот бедолага Александр, аж затрясся от злобы. Мне послышалось, что я даже слышу, как он скрипит зубами от злости. Но сказать мне что-то он так и не решился.
Я подождал пока они пройдут мимо и помахал им вслед рукой:
— Хороших каникул, ребятки!
Ну вот, теперь можно и в столовую сходить, выпить чашечку кофе, чтобы окончательно проснуться.
Особый кайф пить кофе в столовке на каникулах. Тишина, спокойствие… Если кого и можно было встретить, так только преподавателей, которые по каким-то причинам были в школе, или кого-то из персонала. Вот сегодня мне, например, попался завхоз, который завтракал за соседним столиком.
После того, как в прошлый раз я обещал наложить на него какое-нибудь ужасное проклятие, он старался держаться от меня подальше.
Я взял свой кофе и сел к нему за стол. Он замер с вилкой в руке, на которой была сосиска, и посмотрел на меня с беспокойством.
— Извините, что прерываю ваш завтрак, но у меня к вам срочное дело.
— У вас же каникулы вроде… — нахмурился он и положил вилку на тарелку. — Какое дело может быть?
— В следующем году третьекурсников селят этажом выше и у меня будет новая комната, — начал я говорить.
