Автор
Лондон в июне 1763 года пылал яркими фонарями и бурно дышал атмосферой старого города. Где-то далеко гремели барабаны и звучали скрипки, где-то вдалеке плескалось озеро, и несется легкий запах пряностей из кухонь таверн. Однако всеобщая суета исчезала за переплетением узеньких улочек и прибрежными мостиками, где леди и джентльмены скрывались в темных барах и клубах, оставляя свои тени....
Опять? Он с ума сошел?
— Кто такая?
— Очень необычная дама, миледи, и записалась в гостинице под довольно странным именем. — Прежде чем он успел назвать его, Диана уже догадалась, о ком идет речь. — Сафо, миледи.
У Дианы перехватило дыхание.
Черт бы его побрал. И эту женщину вместе с ним.
Диана пригласила Клару поиграть в карты и проиграла. Затем выпила пару бокальчиков гостиничного портвейна и рано легла спать.
* * *Родгар налил портвейна Сафо.
— К сожалению, леди Аррадейл не может прийти к обеду.
— А тебе она нравится? — спросила Сафо.
— Очень.
Как жаль, что Сафо едет на север. Родгар чувствовал потребность в друге, с которым можно было бы поговорить, и только теперь осознал, как устал за этот длинный день.
— Чем же?"
"О, со старыми друзьями тоже бывает нелегко. Они замечают слишком многое.
— Чем нравится? Смелостью, живостью, благородством и умом.
— Большинство мужчин обращают внимание главным образом на грудь, бедра, губы и прочие внешние достоинства.
Маркиз улыбнулся.
— Я не принадлежу к большинству. У Дианы тоже все, как говорится, на месте, но это не главное.
Сафо откинулась назад в своем кресле, потягивая вино. На ее необычайно привлекательном лице играли блики от пламени свечи, освещая смуглые, высокие скулы, большие темные миндалевидные глаза. У нее также была великолепная фигура, но не ради этого маркиз поддерживал с ней отношения долгие годы.
— Значит, тебя привлекают только ее духовные качества? — спросила она.
— Я этого не говорил.
Сафо пристально посмотрела на Родгара.
— Неужели ты наконец решил нарушить свой обет, Бей?
— Отнюдь нет.
— Жаль.
Они и раньше говорили на эту тему, и при этом он никогда не проявлял нетерпимости.
— Разве теперь потворство своим желаниям является добродетелью?
— Нет, но надо уметь проявлять гибкость. Иногда даже отступление на поле боя бывает оправданным, — заметила Сафо.
— Только для того, чтобы снова пойти в наступление.
— Или заключить перемирие.
— После отступления? Перемирие с большими уступками и потерями?
Сафо допила портвейн.
— А кто твой враг?
— В данном случае сумасшествие.
— Ты сражаешься с призраком.
— Нет.
Она внимательно посмотрела на Родгара. Хотя они и бывали близки, когда хотели этого, их связывало нечто большее. Ее тянуло к нему, потому что не многим мужчинам нравились в равной степени ее чувственность и ум.
