Если точнее, то хоть какой-то информации о разыскиваемом мною объекте, понимаете?
— А тут щука и говорит мне человеческим голосом…
Рассказ старика раздражал и убаюкивал одновременно, как бы это ни казалось парадоксальным. Мне совершенно не было интересно, чего он там бормочет себе под нос.
Увы, умение выслушивать всех подряд относится к прямым обязанностям любого сотрудника милиции. Иногда и рад бы послать старого болтуна дальним лесом, столетним мухоморам свои байки рассказывать, но куда денешься, положение обязывает, вариантов нет…
— А она мне: отпусти, мол, Емелюшка-а…
Стоп, что-то крайне вовремя щёлкнуло у меня в голове. Какой такой Емелюшка? Это случайно не тот самый Емеля-дурак из сказки «По щучьему велению»?
— Минуточку. — Я уверенно зажал ладонью рот фиделеобразного старичка. — Вы хотите сказать, что вся эта история реальна? То есть Емеля — это вы?
Бородатый пенсионер старательно закивал.
— Так. Не вырываться. Молчать. Говорить пока буду я. Если вы Емеля, то ваше полное имя Емельян, так?
Старичок так удивлённо округлил глаза, словно бы эта простенькая мысль ему раньше и в голову не приходила.
— Значит, я всё-таки попал по адресу, Емельян — это вы!
— Я?!
— Вы!
— Не, я-то Емелька… — упёрся было дедок, но я поймал его за грудки.
— Даже не спорьте с представителем органов. Скажите лучше, почему Дед Мороз направил меня именно к вам, а не куда-нибудь ещё?
— Мне-то откуль знать?! Я того Морозу отродясь в лицо не видал, мне и на печи тепло…"
"— Печь… — прозрел я. — Минуточку, гражданин. Как помнится, вы на этой печи из деревни прямо в царский терем проехали. С нарушением всех мыслимых правил дорожного движения, но это пока опустим…
— А чё? А нельзя было? А я мужик тёмный, мне и не сказал никто…
— Дурочку-то не надо включать! — строго напомнил я. — Вам, кажется, ещё у царя предъявили не одно обвинение в наездах на пешеходов и создании аварийных ситуаций. Было такое?
— Ну… может, и было. Дык ведь дело-то прошлое…
— Прошлое, но не настолько. Срок давности по жалобам граждан насчёт ДТП ещё не истёк, — на ходу придумывал я, уже прекрасно понимая, кто передо мной стоит и ЧТО он может.
— Слышь, энто, представитель органов, — опустив глаза и ковыряя лаптем землю, пробормотал старичок Емеля, — так, может, договоримся как-нибудь?
— Что? Взятка? Я вам не какая-нибудь ГАИ, я… Можем и договориться, короче.
— Вот энто по-нашенски, энто по совести, энто по-людски! Чего тебе надоть, добрый человек?
— Совет и помощь.
Дед посерьёзнел и оттопырил пальцем хрящеватое розовое ухо. Я быстро, без лишней детализации, рассказал ему обо всех своих бедах и попросил решающего аргумента в борьбе со Змеем Горынычем.