Автор
В этой книге "Чёрный Рыцарь", ты войдёшь в мир мрачных тайн и отчаяния. Эта история оставляет глубокий след на душе, как никто другой из моих произведений. Ты будешь соприкасаться с силами зла и света, погруженным в тёмную мистику и эмоциональную мощь, которая задевает по глубине....
Похоже, «Чёрный Рыцарь (ЛП)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я даже не останавливаюсь, чтобы подумать об этом.
Инстинкт. Должно быть, так оно и есть. Немного импульсивный, очень раскрепощающий.
Я ощущаю треск еще до того, как слышу его. От Вероники, а не от меня. Ее лицо искажается, и она кричит, когда кровь стекает по ее носу и по накрашенным фиолетовым губам, испачканным поцелуем Ксандера.
При виде ее крови я замираю на месте. Моя рука остается неподвижной, все еще сжатой в кулак, словно ее нельзя ни пошевелить, ни согнуть.
Кровь.
Красная.
Грязная.
Ох, черт.
Образ моей собственной крови, медленно, но, верно, нападает на меня. Это не прекратится. Это не исчезнет.
Оно здесь. Сейчас все закончится.
Может, мама найдет меня. Может, Мари.
Пожалуйста, не позволяйте Киру увидеть меня в таком состоянии.
Не заставляйте его помнить меня призраком самой себя.
— Кимми. — голос вырывается из моего поля зрения, и я тяжело дышу, будто выхожу из волны.
Ронан хватает меня за плечи и трясет, когда моя рука держится за покрытое шрамами запястье.
Этого не произошло.
Этого ведь не произошло, верно? Я не истекаю кровью.
О, Боже. Что со мной не так?
— Ты в порядке? — Ронан снова мягко трясет меня. — Я уведу тебя отсюда.
Я ничего не говорю, пока он выводит меня. Я слабо слышу шепот, окружающий нас, их много. Они рассыпаются и превращаются в гигантский туман, который постепенно наползает, похищая мою душу.
Пронзительный голос Вероники врезается в меня сзади, как лезвие ножа.
Ксандер стоит рядом с ними, не обращая внимания ни на нее, ни на ее истеричное состояние. Все его внимание приковано ко мне, когда Ронан обнимает меня за плечи и уводит прочь.
Пока мир сосредотачивается на Веронике и моем медленном отступлении, он концентрируется на руке, сжимающей мое покрытое шрамами запястье.
Зуд давит меня отпустить, но я не могу.
Я истеку кровью.
Ксандер смотрит на мою руку, а затем на мое лицо, будто он точно знает, о чем я думаю.
Когда я заворачиваю за угол, он шепчет без слов:
— Я вижу тебя.
Никогда в жизни я не была так напугана.
Глава 8
Кимберли
В тот момент, когда мы с мамой входим в наш дом, я останавливаюсь у входа, ожидая неизбежного.
Из-за ссоры с Вероникой директору пришлось позвонить нашим попечителям.
