Вот краткое описание для сайта-библиотеки: в книге "Черный список" читатель окунется в мир сложных отношений между мужчиной с огромными силами и умением аналитика — нечто похожее на Сталлоне, но обладающий интеллектом Дэвида Духовны. В основе сюжета — таинственный список, который способен поменять жизнь главного героя и множество других....
Похоже, «Черный список» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Логовом врага была, разумеется, соседняя с моей комната, где сидела сердитая мама Сани и Сени и безуспешно пыталась заставить их есть творог.
— Я! — в один голос ответили мальчуганы.
— А кто потом будет его есть вместе со мной?
— Я! — последовал дружный ответ.
— Но с условием: сначала творог, потом арбуз, — строго сказал я.
Они призадумались, потом молча кивнули.
— Тогда пошли отпрашиваться у мамы.
Через десять минут я неторопливо шагал по Первомайской улице, держа за руки двух белокурых краснощеких хулиганов с поцарапанными локтями и замазанными зеленкой коленками.
Подойдя к знакомой калитке, я заглянул во двор и тут же увидел Татьяну. Будем надеяться, что Сережа Лисицын успел ее проинструктировать.
— Здравствуйте, Танечка! — громко сказал я противным фальшивым голосом.
Та немедленно обернулась, но подходить не стала. Значит, Сережа успел с ней поговорить.
— Добрый день, Дима, — ответила она так же громко.
Я мысленно похвалил себя за то, что правильно выбрал себе новое имя, ведь когда я был Владиславом, Таня называла меня Димой, и теперь ей не приходится напрягаться.
— Я иду за арбузами. Зовите Владислава, я его с собой возьму. Я тут на днях одно место присмотрел, там арбузы очень хорошие, а стоят намного дешевле. С машины торгуют.
— А Владислава нет. И я даже не знаю, где он и когда вернется.
— Куда же он делся? — старательно удивился я. — Мы с ним еще позавчера договаривались, что сегодня поедем в поселок за свежей рыбой, я там с одним рыбаком признакомился.
— Ох, не знаю, Дима, — грустно вздохнула Татьяна, даже и не подумав сделать хотя бы шаг в мою сторону. Это было правильно: наш разговор предназначался для посторонних ушей, поэтому должен был быть мотивированно громким. — Его уже с утра какие-то люди спрашивали, а я и не знаю, что им сказать. Вчера был, а сегодня пропал куда-то. Сама в догадках теряюсь.
— Ничего, найдется, — бодро утешил я ее. — Мы, мужики, как коты: погуляем — и домой возвращаемся.
