Скромная журналистка Наталья Завьялова отправляется в командировку в Санкт-Петербург и встречает любовь, которая переворачивает её жизнь с ног на голову. Среди хаоса и неожиданных поворотов судьбы героиня открывает, что настоящее чувство способно из развалин построить новое счастье и дать...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Черт-те что и сбоку бантик» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Скромная журналистка Наталья Завьялова отправляется в командировку в Санкт-Петербург и встречает любовь, которая переворачивает её жизнь с ног на голову. Среди хаоса и неожиданных поворотов судьбы героиня открывает, что настоящее чувство способно из развалин построить новое счастье и дать...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Скромная журналистка Наталья Завьялова отправляется в командировку в Санкт-Петербург и встречает любовь, которая переворачивает её жизнь с ног на голову. Среди хаоса и неожиданных поворотов судьбы героиня открывает, что настоящее чувство способно из развалин построить новое счастье и дать...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Вот видишь, все складывается как нельзя лучше.
Аська судорожно переодевалась, а Наташа собирала ей сумку.
Вскоре за Асей зашел Антошка.
– Тетя Наташа, мама пошла машину греть и велела спросить у вас, можно будет Асе пойти потом с нами в кафе?
– Да, можно, конечно! Спасибо, передай маме…
– Антон, пошли, я готова!
Наташа сочла это хорошим знаком. И отправила эсэмэску мужу, чтобы не спешил и не волновался. Она по опыту знала, что раньше часов семи Аська домой не попадет. А мама Антона женщина надежная как скала."
"Глеб Витальевич поймал себя на том, что здорово волнуется перед встречей с Натальей Завьяловой. Может, я слишком поторопился? Ну ничего, сделаем еще пробу, уже в студии. И надо попробовать, сможет ли она работать без предварительной подготовки. Ситуации бывают разные. Одно дело вести разговор с человеком, которого ты знаешь, о котором успел прочитать хоть что-то… А впрочем, к чему? Программа все равно пойдет в записи, зачем предвидеть какие-то форс-мажорные обстоятельства? Ну, не явится кто-то на интервью, большое дело. Все равно будем снимать по четыре программы в день, так, чтобы был задел хотя бы на месяц вперед. Работа, конечно, адова, но никто тут нирваны не обещает. Телевидение это и есть адова работа. Но она мастер, эта Наташа. Как она сумела буквально наизнанку вывернуть Веронику! Это дорогого стоит. А Вероника, с одной стороны, разозлилась, а с другой… Позвонила мне и сказала: «Глебка, пообещай мне, что эта твоя Наташа сделает интервью с Бакуниной и выжмет ее как половую тряпку, чтобы все увидели, какое это дерьмо!» Он пообещал со смехом, а потом подумал, что, пожалуй, это может быть интересно. Бакунина действительно редкая дрянь, но пользуется большой популярностью. Так что если все срастется, то почему бы и нет?
Она должна явиться к пяти. В четыре он уже не находил себе места. И хотя дел было по горло, но в голове гвоздем сидела мысль: а вдруг она мне сегодня не понравится? И хорошо бы не понравилась… То есть как журналист она мне уже понравилась, да что там, просто восхитила, у нее прирожденный талант интервьюера. Но как женщина… Мне так хотелось бы в ней разочароваться, с тоской подумал он. Черта с два, Глеб Витальич, ты уже в нее по уши влюбился. А как же твой принцип – на работе никаких шашней? Да какие там шашни, о чем ты? Служебный роман? Какой к чертовой бабушке роман? Ей тридцать два, мне сорок восемь… Ее мужу тридцать пять, молодой, красивый, достаточно успешный мужик. Причем тут ты? Я знаю, многие продюсеры пользуются служебным положением, еще как пользуются, но я считаю это пакостью – пользоваться служебным положением. Такой вариант исключается категорически, не говоря уж о том, что это в любой момент может стать достоянием гласности.
