Автор
Поп-звезда, задыхающаяся под грузом славы и контроля, решается на один дерзкий поступок — ночь со звездой хоккея. Но это свидание станет началом опасной игры, где страсть и свобода переплетаются с риском разоблачения и крушением репутации.
Мне уже было отвратительно из-за мысли о переезде в собственную квартиру, как только ее найдет риэлтор.
– Расскажи мне что-нибудь, чего никто другой о тебе не знает, и тогда я трахну тебя в то время, пока ты будешь петь, – сказал он тем же мягким, романтичным тоном, который использовал с момента своего возвращения домой.
Я открыла рот, чтобы начать говорить, и тут он нагло подмигнул мне так, будто это не из-за него все мое нижнее белье промокло.
– Сначала ты, – приказала я.
Уолкер оседлал меня и, задрав футболку, сбросил ее на пол.
– В один прекрасный день я трахну тебя в своей футболке… а потом в джерси… но нужно будет немного подождать. У меня есть грязная фантазия с тобой в главной роли, играющей на гитаре без одежды, и именно ее, надеюсь, ты сегодня воплотишь в реальность.
Я почувствовала жар прямо под кожей, когда он стянул с меня джинсовые шорты.
Секундой позже трусы и бюстгальтер каким-то волшебным образом исчезли, и я оказалась под ним абсолютно голая. К счастью для меня, на этот раз он тоже разделся.
– Вот так, – сказал он с довольным видом. – Теперь все идеально.
Я закатила глаза, но даже не предприняла попыток прикрыться. Мне нравилось, как он смотрел на меня – так, будто умрет, если отвернется.
Я все время ловила на себе голодные взгляды, но во всем была виновата «Оливия Дарлинг». Уолкер видел все сломанные части «Оливии Джонс», и он все еще смотрел на меня, как на самую дорогую драгоценность просто за факт моего существования.
С ним я чувствовала себя другой. Как будто мир больше не серый, а пестрит яркими красками."
"Я задавалась вопросом, что будет, если мы продолжим наши отношения, – и в то же время ненавидела саму мысль об этом.
– Итак… Что нового ты хотела бы узнать обо мне? – протянул он, вытаскивая меня из моих мрачных размышлений, как всегда это делал.
– Что-то, что никто о тебе не знает, – тут же ответила я, и он поцеловал меня, будто моя резвость его возбуждала.
Или он пытался заставить меня замолчать. Несмотря на это, мне очень нравились его методы.
– Готовься к тому, что твоя жизнь разделится на «до» и «после» после этой информации. Пути назад не будет, – сказал он мне очень серьезным тоном.
– Хорошо, давай, Дэвис.
– Фамилии, мне нравится твой стиль.
– Учусь у лучших, – хмыкнула я, подмигнув, когда его взгляд на секунду переместился с лица на мою грудь.
Я как-то забыла, что на мне нет никакой одежды.
– Ладно. Я… боюсь ананасов.
На мгновение я застыла, глядя на него.
