Автор
В Лос-Анджелесе, 1988 году. Катерина Беннет заявляет: "Не нужен мне мужчина". Толпа репортеров ищет эту знаменитую женщину в Верховном суде Санта-Моники, где она выходит на свободу после развода. Адвокат Барри Лефковиц следит за ней, пытаясь задать последний вопрос перед тем, как она покинет здание....
Она же пришла в ярость от того, что он решил, будто ей нужно подправить грудь."
"– Тебе не надо ни о чем беспокоиться, cherie, это совершенно безопасно. Он – пластический хирург с мировой известностью и как раз специализируется на бюстах. Он потрясающ. Он делал такие операции практически всем – Шер, Долли, Джейн. Да любую можно назвать.
– Откуда ты знаешь? Ты что, видел эти сиськи крупным планом? – Она яростно затягивалась, не обращая внимания, что пепел сыплется на белое льняное вышитое покрывало.
Он засмеялся и попытался схватить ее, но она отодвинулась.
– Поверить не могу, что это ты предложил подобное, – огрызнулась она.
– Cherie, я разве притворялся святым, когда мы познакомились?
Катерин промолчала. Она уже не чувствовала усталости, только раздражение и озноб. Она почти хотела, чтобы зазвонил будильник, и она смогла бы встать и отправиться на студию.
– Послушай, Китти, дорогая, надо же смотреть фактам в лицо. Никто не выглядит в сорок так же хорошо, как в двадцать.
– Это точно, – ледяным тоном заметила она, – и нет ничего более жалкого, особенно в этом городе, чем сорокапятилетняя или пятидесятилетняя женщина, подделывающаяся под двадцатипятилетнюю.
– Но это же для блага твоей карьеры, cherie. А она так много для тебя значит.
– Не вижу, каким образом операция на сиськах может повлиять на мою карьеру. – Катерин затушила сигарету и тут же прикурила следующую.
– Делай как знаешь. – Жан-Клод пожал плечами, и в голосе его появился тот лед, которого она так страшилась.
– Обвисшей? Сморщенной? Ну что же, ты определенно знаешь, как нанести удар в спину. Я не нахожу, что с моей грудью что-то не так. – Она провела рукой по груди, как будто хотела убедиться, что та никуда не делась. – Если она годится для Джорджии, она определенно подойдет и для Полетты.
– Ладно, я не хочу больше об этом говорить, Китти. Это твоя проблема. Твоя жизнь, так что поступай как знаешь. Ты и так всегда делаешь только то, что хочешь. Но как режиссер этой картины я советую тебе поступить так, как будет лучше не только для тебя, но и для Полетты, и для фильма в целом.
– Спасибо. Я буду иметь это в виду.
Но Жан-Клод еще не закончил. Он продолжил все так же холодно:
– Твой сын такой же непутевый, как и его отец.
