Автор
В Монтроуз-плейс, Лондоне, 15 марта 1816 года, клуб "Бастион" уже перешел из гостеприимного тусовочного состояния в динамичный сезон. Здесь хищники — шпионы, контрабандисты и наемные убийцы — готовятся к новому сезону охоты. Чарлз Сент-Остелл сидит за одним из восемьми престижных стульев, окаймленных красным деревом, наблюдая за тем, как Блейк предсказывает удачу в новых заданиях....
— А куда же еще? — Тони усадил Алисию в свою коляску и взял в руки вожжи. — Хотя бы тут сэр Фредди не ошибся.
Это замечание озадачило Алисию. Она молча пыталась понять, почему экипажи поехали дальше по дороге — не назад, к городу, а вперед. — Куда это мы? — наконец спросила она.
— Домой, — ответил Тони, подгоняя лошадей.
Алисия была полна решимости поговорить с лордом Торрингтоном о браке, однако в ту ночь ей такой возможности не представилось. Они тряслись около часа по проселочной дороге, после чего Тони повернул лошадей, и экипажи въехали в настежь распахнутые ворота из кованого чугуна.
Тони не говорил ей, куда они направляются, но она сама догадалась, как только увидела дом: он был построен в палладинском стиле из светло-коричневого и серого камня, с одноэтажными и двухэтажными флигелями, и при свете луны выглядел весьма изящно и умиротворенно посреди окружавшего его парка.
Остановив лошадей на широком дворе, посыпанном гравием, Тони соскочил на землю и с выражением огромного удовлетворения оглядел дом.
— Добро пожаловать в Торрингтон-Чейз! — торжественно произнес он и церемонно подал Алисии руку.
Во всем доме царил приятный хаос: слуги спешно выбежали встречать хозяина, что само по себе говорило о том, как его здесь любят.
Неожиданно среди этой суматохи тихий женский голос поинтересовался, что сейчас собирается делать ее сын.
Войдя в гостиную, Тони быстро переглянулся с Джеффри, потом взял Алисию за руку и сказал:
— Ты только не волнуйся. Он оставил их и вышел из комнаты, а через секунду вновь вошел рука об руку с изящного вида женщиной.
Сразу было ясно, что это мать и сын: смуглая, живая, вызывающе красивая виконтесса являлась как бы женской ипостасью Тони.
Алисия, еще не успев осознать все до конца, оказалась заключена в теплые объятия.
— Пожалуйста, зовите меня Мари, — сказала виконтесса и немедленно принялась знакомиться с мальчиками и Адрианой. По всему было видно, что она полностью в курсе событий, происходивших в последнее время с ее сыном.
Принесли горячего молока — напоить уставших детей; после этого их сразу же отправили спать.
Виконтесса пожелала всем спокойной ночи и удалилась, пообещав выйти к гостям утром.
Тони попросил миссис Ларкинс проводить Адриану и Джеффри в их комнаты, а сам взял Алисию за руку и, пройдя вверх по лестнице, неожиданно свернул в какой-то коридор.
