Автор
Ночной городский трафик громыхал в подземном мостике, когда Найджел Мюррей, ослабляя пристыковку к стенке камеры, наконец-то смог выбраться на свежий воздух. Воздух ощутимо чище и полнее дышался здесь, среди холмов Франции весны 1437 года. Земля сияла прозрачным зеленым — откуда-то доносился гул реки Аш....
– Что не осмеливались сделать ее родственнички, – поддакнул Найджел и сдавленно охнул, когда она въехала локтем ему в бок.
– Теперь семья может позаботиться о ней, – запинаясь, проговорил Дэвид по-английски и сбавил тон, увидев, какой взгляд метнула на него Жизель.
– Ага, почти год вам не было до нее дела, – холодно ответил ему Найджел. – Вы кинули ее одну сражаться с врагами и доказывать свою невиновность. А сейчас хотите заставить меня нарушить клятву и оставить ее на ваше никчемное попечение. Нет уж!
– Она – женщина благородного происхождения и знатного имени.
Прежде чем Найджел смог ответить, Жизель выругалась и встала между ними.
– Немедленно прекратите вести себя как неразумные сосунки, которые дерутся из-за игрушки!
– Ах, барышня! – Найджел прижал руку к груди. – Вы ранили меня в самое сердце. Вам нужно бережнее относиться к мужской гордости.
Жизель пропустила эту глупость мимо ушей.
– Кузен, – заговорила она, надеясь, что у нее это прозвучит холодно и веско, – сэр Мюррей поклялся на мече, что защитит меня.
– Жизель, я понимаю, мы подвели тебя. – Дэвид перешел на французский и взял ее руки в свои.
Найджел насупился. Ему было трудно уследить за быстрой речью Дэвида. Но он достаточно услышал, чтобы понять, что молодой человек пытается мягко склонить Жизель последовать за ним. Не в силах Найджела было помешать, если она решит вернуться к семье, чтобы принять запоздалую помощь. Он даже не был целиком уверен, что вызывает в нем такое сопротивление – полная уверенность, что с ним ей будет безопаснее, или страх потерять ее.
"Это было трудно, но Жизель прямо посмотрела в прекрасные умоляющие глаза кузена и поняла, что ответит ему отказом. Стало даже интересно, почему она готова повернуться к нему спиной и отказаться от шанса вновь воссоединиться с семьей. Своим предательством они, конечно, сделали ей больно, но сейчас появилась возможность залечить эти раны, а она намеревалась отказать им. Жизель почувствовала волнение.
