Сцена охватывает сразу несколько аспектов: молодые люди в военной форме, их командир, и музыканты, исполняющие веселую-блестящую шляпу. Это образец неформальной дружбы и совместной бдительности в условиях приближающегося конца. Вокруг царит легкая нотка юмора и решимости – словно они уже знают, что будущее туманно, но вместе могут преодолеть любые препятствия....
Похоже, «Честь и кровь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"Заменив на боковине пару треснувших досок, Елисей принялся натягивать на кузов кожаную полость. Последним штрихом стала полировка кожаной поверхности. В итоге карета приобрела лоск и почти парадный вид, сверкая начищенными боками. Теперь пришло время обустроить сам салон. Вот тут Елисей решил не мудрить. Сделав отдельно пару сидений со спинками, повесил их на широких кожаных ремнях, что также увеличивало амортизацию и скрадывало качество местных дорог. Точнее, отсутствие их качества.
С задней стороны кареты был устроен багажный отсек, крышка которого запиралась на замок, собранный по эскизу Елисея.
«Что ни говори, а подшипники, великая вещь», – усмехнулся парень про себя, слушая негромкий перестук колес.
Шла карета легко и удивительно мягко. Рессоры из пары листов толстого каленого железа дело свое делали. К ним Елисей придумал что-то вроде амортизатора, использовав сложенные вдвое толстые ремни, которые натянул от кузова к раме.
– Ну, как тебе? – спросил он, глядя на улыбающегося тестя.
– Хорошо, слушай! Мягко идет. Легко. А быстрее ехать можешь? Хочу на галопе ее попробовать.
– Сейчас попробуем, – кивнул парень. – Часы с собой?
– Конечно, – удивленно кивнул князь, доставая часы-луковицу в золотом корпусе.
Бросив быстрый взгляд на циферблат, Елисей отметил время старта и, прыгнув на козлы, звонко щелкнул нагайкой. Кони взяли с места широкой рысью и, разогнавшись, перешли на галоп. Спустя полтора часа они вкатились на территорию усадьбы, и Елисей, остановив карету, снова спрыгнул на землю.
– Где мы? – удивленно поинтересовался князь, с интересом рассматривая новый дом.
– Усадьба моя. Для семьи строил, а теперь и не знаю, как быть, – вздохнув, честно признался Елисей.
– Доделай, сынок, – помолчав, тихо посоветовал тесть. – В ее память. Сам сказал, она этого хотела. А жить… Жить тебе всегда будет где. Не в крепости, так здесь. Не здесь, так в Тифлисе. Мой дом для тебя всегда открыт. Когда хочешь, приезжай. Я слугам накажу, чтобы всегда тебя ждали.
