Жанр
В открытом поле гремит далекий огонь. Колонна из бронированных машин возвращается с боевой операции и жестоко обстреляна. Только несколько выстрелов и один взрыв – и все, что остаётся – это жгучая боль от раны на правой ноге. Это был не обычный ранок – граната буквально перерезала её почти до кости....
Похоже, «Честь имею» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
У нее получилось с первого раза. Поправив в двух местах, я предложил музыкантам попробовать подобрать сопровождение.
Малика несколько раз спела песню, быстрей всех и лучше справился скрипач, потом подтянулись и гитары. После чего стали разбивать мелодию на партии. Остановив их споры, я предложил послушать вторую песню. И снова сунул текст в руки Малике, а вторая песня была из репертуара группы «Фристайл» – ее пела Нина Кирсо, и называлась она «Кораблик любви». Чисто женский репертуар, и как раз для нынешнего слушателя, не избалованного высоким штилем.
Вторую песню Малика вообще приняла на ура, уж очень ей понравились и слова и мотив. Фортепьяно заменили скрипкой и кое-где вставили гитарное соло. Дав им три дня на оттачивание песен, я ушел, оставив их репетировать. Утром следующего дня, взяв Малику за руку, отвел ее к белошвейкам. Там, показывая на девушку, высказал свои пожелания.
– Сделайте ей лиф, трусики, платье из моих эскизов, из белого и темно-красного шелка, и придумайте что-нибудь с туфлями.
После чего ушел, оставив ее у белошвеек.
После обеда зашел в зал, репетиция была в самом разгаре. Послушал – очень даже неплохо получалось. Смущало одно: Малика просто стояла не двигаясь, и это было не совсем то, чего я хотел. Остановил репетицию и начал с ней разговаривать.
– Вот представь, ты очень любила человека, он был для тебя всем, и вдруг он уходит к другой, не объяснив, не сказав ни слова. Ты не знаешь, что делать, как быть, и все это ты выплескиваешь в эти слова, в эту песню.
Она поняла, чего я хочу, и песня зазвучала даже немного по-другому, Малика словно переживала все, о чем она пела, будто это произошло с ней самой.
Не успел я уйти, как на меня набросились и стали выпрашивать еще песню, клялись, что успеют разучить и спеть ее. Я задумался, потом поинтересовался, поет ли кто-нибудь из мужчин. Оказалось, что поют все.
– Хорошо, завтра утром я принесу песню для мужского голоса.
Утром отнес им песню – снова из «Фристайла», «Ах, какая женщина», – наиграл, спел, даже проигрыш изобразил. Оставив их репетировать, ушел. Заскочил в кузницу – там отливали серебряный браслет и перстень моему капитану. Все, как всегда, делалось в секрете.
