В офисе подавляющее большинство сотрудников - мужчины, и начальник постоянно демонстрирует свою авторитетность. Но это не делает его слабым или безразличным к своим подчиненным, просто работа требует особой выдержки и внимания в плотное графике.
Похоже, «Четверо за спиной» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ребята-реконструкторы, мне подробно рассказывали про процесс ковки, и называли этот способ «цементация» - поверхностное упрочнение изделий, изготовленных из относительно мягкой стали. Грубо говоря, обугливают его с углем или толчеными рогами. Но цементация — это упрочнение поверхностного слоя; когда этот слой стачивается, режущая кромка перестает держать заточку, и оружие нужно подвергать новой процедуре. А при увеличении глубины процесса возрастает риск сделать поверхность слишком хрупкой. Тогда меч-в-меч таким точно не сразиться.
- Добрыня, а пойдем-ка по городу пройдемся.
- Куда прикажешь, командир?
- Кузнеца знаешь, который на княжий двор работает?
- Да кто ж не знает? Рубан и его мастерская на весь Миргород известны.
- Вот и славно. Устроишь мне экскурсию.
- Чего устрою?
- Прогулку. И ознакомление с окрестностями.
- А…
- Не «а»! А так точно, командир!
- Так точно, командир! А… одёжу тебе переменить не след?
- И ты туда же? Нет у меня платьев! Не было и не будет. Пошли.
Князь закончил беседовать с боярами и велел служке позвать гостью. Его будоражила иномирянка. Все в ней было необычно, начиная от полного равнодушия к женской одежде и жадным мужским взглядам, скользящим по ее ногам в этих проклятых узких штанах. Заканчивая прямолинейной, дерзкой манерой разговора. С князем в таком тоне не решался разговаривать даже ближний круг бояр. А она – не юлила, не заискивала, в глаза смотрела прямо.
Эвон взяла, да и обозвала его уродом! Хотя ему понравилось, как ее руки порхали над его головой.
Во время беседы с боярами князь ловил себя на том, что периодически теряет нить беседы. Ноги сами несли его к оконцу, из которого был виден угол, где Ярослава обучала гридней. Когда на нее первый раз ученик замахнулся мечом, князь инстинктивно дернулся. Подспудное желание вступиться за беззащитную женщину всколыхнулось в душе. А ведь он никогда к бабам так трепетно не относился.
