Рассвет над мрачной долиной был особенно ярким и светлым, контраст которого подчеркивал тень бездны за пределами лагеря драконов. На востоке появился первые лучи солнца, освещая белую пыль на земле вокруг умирающего всадника и его поверженного дракона. Это был день новобранца — самый трагический для всей армии....
Его убила я.
Из-за меня его родители получат письмо, из-за меня его имя выбьют в камне.
На другой стороне поля Гаррик поднял над головой хрустальное яйцо, а Даин размахивал флагом, и все Четвертое крыло с радостными воплями понеслось к ним, будто они боги.
Когда последняя застежка уступила, вес Тэйрна подо мной сместился, и я выползла из седла. Голова кружилась — из-за стресса мне было трудно удерживать равновесие, пока я пробиралась к его плечу и спешивалась.
В итоге я скатилась в грязь, упав на колени там, где у лап Тэйрна лежала Андарна, совершенно изможденная.
— Скажите, что Лиам еще жив. Скажите, что это того стоило."
"«Деи говорит, что он жив. Меч прошел через бок, ничего не задев», — ответил Тэйрн.
— Хорошо. Хорошо. Это хорошо. Спасибо, Андарна. Я знаю, что для тебя это тяжело.
Я заглянула в ее золотые глаза, и она медленно моргнула в ответ:
«Это того стоило».
Меня затошнило, во рту собралась слюна.
«Убила. Я его убила».
— Проклятье, Сорренгейл! — окликнул меня Сойер. — Молния? И ты скрывала!
Молнией я отняла жизнь.
Желудок сделал кульбит, и меня окружила тьма, но не тени Ксейдена. Это Тэйрн обнял нас крыльями, закрывая от мира, пока меня рвало всем, что я сегодня ела.
«Ты сделала то, что было нужно», — сказал Тэйрн, но это не помешало желудку снова сжаться, пытаясь выдавить то, чего уже и не осталось.
«Ты спасла своего друга», — добавила Андарна.
Наконец желудок успокоился, и я заставила себя подняться, медленно утерев рот тыльной стороной ладони.
— Тебе нужно отдохнуть, да?
«Я горжусь, что ты моя, — голос Андарны дрожал, она моргала все медленнее. — Хотя теперь мне бы не помешало помыться».
Тэйрн развел крылья, и Андарна вышла, а затем взметнулась в небо в сторону Долины, размеренно работая крыльями.
Я уставилась на седло. Нужно было его снять, чтобы дракон тоже мог отдохнуть. Но думать я могла только о том, что наконец получила печать — самую настоящую печать — и первым же делом убила с ее помощью человека.
— Вайолет? — слева от меня появился Даин.
И убила Джека.
Я кивнула, вспоминая времена, когда целилась в плечо, а не в сердце. Яды, которыми обезвреживала, а не убивала. Я оставила Орена без сознания на Молотьбе и не била в горло, даже когда он ворвался ко мне в комнату.
А все потому, что не хотела становиться убийцей.
— В жизни ничего такого не видел. По-моему, заклинателей молний не было уже больше века… — он замолк.
