Рассвет над мрачной долиной был особенно ярким и светлым, контраст которого подчеркивал тень бездны за пределами лагеря драконов. На востоке появился первые лучи солнца, освещая белую пыль на земле вокруг умирающего всадника и его поверженного дракона. Это был день новобранца — самый трагический для всей армии....
Она тяжело глядела на людей красными глазами. Вены на ее висках проступали куда сильнее, чем у всадницы, а длинная синяя мантия напомнила о владельце посоха, который пережил взрыв башни.
«Я уже сказал Фуэл. Она защитит Солейл», — сказал Тэйрн, стартуя навстречу угрозе.
«Увези меня и уведи ее подальше от толпы».
Сила уже трещала у меня под кожей.
На грунтовом проселке споткнулась девочка — и у меня екнуло сердце при виде того, как отец подхватил ее на руки и побежал дальше.
Мы пролетели мимо Деи, и я заметила краем глаза, как он приземляется, пока поднимала руки и выпускала силу на волю, сосредоточившись на вэйнительнице.
Ударила молния. Рухнула городская стена.
Дерьмо.
«Продолжай. Деи просит больше времени!» — поторопил Тэйрн.
Тут я совершила ошибку — повернулась в седле, чтобы увидеть, как Лиам и Солейл уже спешились и заводили людей в шахту, пока Деи и Фуэл охраняли их справа и слева. Если что-нибудь случится — если одна из виверн над городом обратит на них внимание — они в беде. Как и люди, которых они защищали.
Прилетела троица грифонов, держа в когтях несколько горожан. Сбросили их у входа в шахту и повернули обратно за новой партией.
По мне вновь прокатилась энергия — и я направила разряд в вэйнительницу, но в этот раз взорвалось здание на склоне справа от нас. Доски разлетелись в разные стороны.
Вэйнительница вскинула взгляд — и мой желудок скрутило узлом, когда она заметила меня. В ее красных глазах не было ничего, кроме чистейшей злобы, когда она подняла левую руку, а потом сжала кулак.
По склону покатились валуны.
Солейл вскинула руки, остановив оползень раньше, чем он раздавил бы беженцев. Ее руки тряслись, но камни сыпались по сторонам от шахты, оставляя путь открытым.
Я развернулась обратно к вэйнительнице и охнула.
В воздухе чувствовалась необработанная энергия — у меня встали дыбом волосы на руках, когда вэйнительница опустила ладони к земле. Трава вокруг нее побурела, потом увяли кусты дикого клевера и свернулись листья, теряя цвет.
«Тэйрн, она…»
«Транслирует», — пророкотал он.
Я метнула еще одну вспышку света, пока зараза расползалась от колдуньи во все стороны, словно она высасывала самую жизнь земли, но попала слишком близко к дороге и отбившимся от толпы горожанам.
«Осторожней. Деи говорит, в здании по ту сторону дороги есть какой-то ящик с семейным гербом Лиама, — сообщил Тэйрн, когда я выпустила еще одну молнию, промазавшую мимо вэйнительницы. — Он говорит, содержимое крайне… нестабильно».
