Рассвет над мрачной долиной был особенно ярким и светлым, контраст которого подчеркивал тень бездны за пределами лагеря драконов. На востоке появился первые лучи солнца, освещая белую пыль на земле вокруг умирающего всадника и его поверженного дракона. Это был день новобранца — самый трагический для всей армии....
Позади от нас кто-то вскрикнул, и все мы повернулись, чтобы посмотреть, что случилось. Джек Барлоу локтем сжимал шею другого первокурсника. Парень был мельче и худее Джека, но все равно весил добрых пятьдесят фунтов, по моим прикидкам.
Джек дернул вверх, продолжая сжимать шею противника.
— Этот парень такой засра… — начала было Рианнон.
Тошнотворный треск ломающихся костей прозвучал на весь зал, и первокурсник обмяк.
— Помилуй нас Малек, — прошептала я.
Джек бросил тело парня на пол. Я задалась вопросом, не поблизости ли живет бог смерти, и как часто придется взывать к его имени.
— Что я говорил? — заорал профессор, бросаясь к ковру. — Ты сломал его гребаную шею!
— Откуда мне было знать, что она у него такая слабая? — возразил Джек.
Ты труп, Сорренгейл. Я буду тем, кто тебя убьет.
Его вчерашнее обещание мелькнуло в моей памяти.
— Смотреть вперед! — приказал Эметтерио, но его тон смягчился, когда мы отвернулись от мертвого первогодка.
Он указал на Рианнон и еще одного первогодка из нашего отряда, коренастого парня с иссиня-черными волосами и угловатыми чертами лица. Блин, я не смогла вспомнить его имя. Тревор? Или Томас? Слишком много новых людей, чтобы сразу запомнить, кто есть кто.
Я взглянула на Даина, но его внимание было приковано к паре, шагнувшей на коврик.
Рианнон быстро расправилась с противником, ошеломляя меня каждый раз, когда уклонялась от его удара или наносила свой собственный. Она была быстрой, а ее удары были сильны. Эта смертоносная комбинация делала ее особенной, как и Миру.
— Сдаешься? — спросила она, уложив его на спину.
Ее рука замерла, не доведя удар, нацеленный чуть выше горла.
Таннер? Я была почти уверена, что его имя начиналось на Т.
— Нет! — крикнул он, обхватывая Рианнон ногами и швыряя ее на спину.
Но она перекатилась, быстро вскочила на ноги и уложила его в ту же позу, но на этот раз с ботинком у шеи.
— Может, стоит все-таки сдаться, а, Тайнан? — ухмыльнулся Даин. — Раз уж она дает тебе право решить, что будет с твоей задницей.
А, точно. Тайнан.
— Отвали, Аэтос! — огрызнулся Тайнан, но Рианнон уперлась сапогом ему в горло, искажая последнее слово.
Тайнан пошел красными пятнами. У него явно было больше самолюбия, чем здравого смысла.
