Автор
В книге "Четвертое правило семьи Райс", Оксана Гринберга разворачивает драматическую сцену, где главная героиня из четырех заповедей своей семьи – не влюбляться без оглядки – начинает нарушать. Теперь ей предстоит полюбить того, кто непременно ее предаст, чтобы равновесие вернула Искра. Главная героиня искачет силы открывать сердце после множества потерь....
– Конечно, неплохо было бы понимать, с чем мы имеем дело, и заранее принять меры. Но раз мы не знаем, то… Я слежу, Рейн!
И тотчас же услышала его слова благодарности.
Еще через несколько минут принялся сгущаться туман.
Выполз словно из ниоткуда – тяжелый и вязкий, как парное молоко. Подступал к нам, сперва клубясь у воды, но уже скоро заполонил собой все вокруг, едва позволяя лунному свету просачиваться сквозь свою толщу.
Зажженные на борту драккара светлячки давно утонули в его призрачной пелене, как и очертания второго корабля.
Воздух стал влажным и тяжелым, словно перед бурей. Но несмотря на жару, по телу то и дело пробегала противная ледяная дрожь.
Наверное, потому что я не чувствовала никакой магической угрозы и не понимала, от кого нам защищаться! Да и туман был просто туманом, и от этого становилось лишь жутче.
Тут ударили в большой барабан – чуть ранее его установили на платформе рядом с рулевым, – и этот звук заставил меня вздрогнуть от неожиданности.
Оказалось, такт отбивал Рейн, не позволяя гребцам сбиваться с ритма и напоминая им о том, что мы собирались миновать Рифы Мертвых как можно быстрее.
Ритмичный звук привел в чувство и меня.
Я вновь сосредоточилась, ощутив, как остальные маги принялись усиливать нашу защиту. И пусть я пока не чувствовала чужеродных колебаний магических потоков, но уже скоро защитный купол запульсировал от добавленных нами заклинаний.
Чего там только не было! Мы собрали все виды Стихийной магии, объединив их с ментальной защитой, и даже вплели хитроумные сигнальные ловушки.
– Аньез, попробуй разогнать туман, – сквозь густое марево долетел до меня голос Рейна. – Мы не видим рифов!
Я тотчас же активировала Воздушное заклинание. Затем с моих ладоней сорвалось еще одно, более сильное – и закрутившиеся вихри буквально вгрызлись в молочный туман.
Кивнула одобрительно, увидев, как в работу включился еще и Эрик.
Туман, пусть нехотя, отступал, пока не обнажил очертания черных скал. А потом я заметила, как среди них что-то шевельнулось – и вскоре различила женские силуэты.
Русалки – это были они!
Правда, их лиц пока еще было не разглядеть, все-таки мы находились на отдалении. Зато я видела, как белели в лунном свете их обнаженные плечи, а густые волосы ниспадали настолько длинными волнами, что скрывали их ноги.
Или то, что должно было быть ногами.
