Автор
В книге "Четвертое правило семьи Райс", Оксана Гринберга разворачивает драматическую сцену, где главная героиня из четырех заповедей своей семьи – не влюбляться без оглядки – начинает нарушать. Теперь ей предстоит полюбить того, кто непременно ее предаст, чтобы равновесие вернула Искра. Главная героиня искачет силы открывать сердце после множества потерь....
Оказалось, людей оттесняли, грузчикам велели немедленно освободить дорогу, и очень скоро через пропускные ворота на территорию порта вкатилась черная лакированная карета с гербом хасторской династии на боку.
Карету сопровождали две дюжины гвардейцев в черно-золотой униформе.
– И кто же это к нам пожаловал? – остановившись возле меня и не скрывая своего сарказма, произнес Рейн.
Но мы оба прекрасно знали ответ.
К нам пожаловал сам кронпринц Эрвальд Хасторский, как раз вышедший из остановившейся кареты – высокий, с золотящимися на солнце волосами, в парадном черном камзоле с серебряной вышивкой и брошью в виде герба правящего дома на груди.
Человек, который успел дважды ко мне посвататься, утверждая, что наш союз пойдет на пользу не только Хастору, но и всему обитаемому миру.
Заодно Эрвальд заявлял, что я ему нравлюсь, и обещал, что будет меня любить и хранить верность в нашем браке.
И еще то, что я тоже обязательно его полюблю.
Но когда меня предал Роред Гервальд, продав в гарем Надира аль-Аммана, Эрвальд попросту отошел в сторону.
Спасибо, хотя бы не мешал моему спасению, но и пальцем не пошевелил, чтобы мне помочь!
Зато теперь он был здесь.
Похоже, остановившие нас возле гавани сторожевые корабли сообщили о прибытии драккаров ярла Бергссона, поэтому Эрвальд поспешил в порт и сейчас стоял неподалеку от нашего причала.
Встречал.
Но не Рейна, а меня.
Спокойный и уверенный в себе, принц ждал, когда я к нему подойду.
Среди них было как недоверие, так и раздражение, смешанное с неожиданной радостью от этой встречи, а заодно и отчетливое понимание того, что наша с ним история еще не закончена.
– Аньез, – произнес Эрвальд, когда я подошла к принцу и попыталась поклониться.
Удалось, хотя и пошатнулась – после пяти дней на драккаре земля продолжала мерно покачиваться под ногами, словно я до сих пор находилась на борту.
Принц учтиво склонил голову, а его взгляд застыл на моем лице. Эрвальд рассматривал меня излишне пристально, словно выискивал следы… пребывания в гареме Пустынного Ястреба.
Но вряд ли принц мог бы хоть что-либо разглядеть! Из остарского во мне остался разве что золотистый загар и сложная прическа из множества косичек.
– Рад, что ты вернулась в Хастор в целости и сохранности, – наконец произнес Эрвальд.
