Московская милиция во время Великой Отечественной войны сталкивается с напряженной работой. Роман повествует о событиях, связанных с «Четвертым эшелоном», раскрывая атмосферу военного времени и личные истории сотрудников. Интрига развивается вокруг работы и судьбы героев в условиях войны.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Четвертый эшелон» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Московская милиция во время Великой Отечественной войны сталкивается с напряженной работой. Роман повествует о событиях, связанных с «Четвертым эшелоном», раскрывая атмосферу военного времени и личные истории сотрудников. Интрига развивается вокруг работы и судьбы героев в условиях войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Эдуард Анатольевич Хруцкий Легкое чтение Детективы подборки серии
Московская милиция во время Великой Отечественной войны сталкивается с напряженной работой. Роман повествует о событиях, связанных с «Четвертым эшелоном», раскрывая атмосферу военного времени и личные истории сотрудников. Интрига развивается вокруг работы и судьбы героев в условиях войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Протектор переднего колеса имеет три широкие гладкие заплаты, причем одна из них четко выдавливает цифру девять…»
— Молодец, — Данилов закрыл папку, — ведь, кроме этого, ничего нет. Велосипедист, я думаю, наводчик, сначала в деревне появляется он, потом бандиты. И видимо, этого человека знают. Привыкли к нему, иначе чужого да на велосипеде «срисовали» бы сразу же. Вот его и надо устанавливать.
— А кто тебе мешает? Устанавливай. Вот поезжай в район и устанавливай на доброе здоровье. Группу я тебе дам, старший ее капитан Токмаков. Шесть оперативников и шофер. Пулемет ручной дам МГ, автоматы. Выезжай этой ночью. В конце концов, — начальник управления полистал календарь, — числу к двадцать девятому Крука нужно обезвредить.
— Даже число назначил, — Данилов встал, — планировать легко, а…
— Что я, не знаю, Иван Александрович? Прошу очень, выйди ты на него быстрее, сделай все, чтобы подготовить войсковую операцию, понял?.. Ведь тебя из Москвы нам в помощь прислали. Так ты уж того, помоги, брат, а?
— Ну раз так, помни, — голос у начальника стал жестким, — за кровь людей мы с тобой в ответе. С нас спросят, с милиции.
Данилов вышел из кабинета начальника областного УНКВД. Задумчиво постоял в приемной.
Дежурный адъютант посмотрел на полковника из Москвы. Полковник улыбнулся.
— Что-нибудь надо, товарищ полковник? — спросил с недоумением адъютант.
— Что? Ах да, — Данилов провел ладонью по лицу, — у тебя вода горячая есть?
— Так точно, в титане.
— Организуй, пусть принесут ко мне в кабинет. Побриться надо.
— Слушаюсь, — ничего не понимая, ответил адъютант, а про себя подумал, что полковник, видимо, немного не в себе. Видать, выпил втихую.
Данилов брился, насвистывая какой-то бойкий мотивчик. Черт его знает, когда он слышал эту песенку про дочь камергера. Видимо, в двадцать первом в Одессе, когда брали они остатки знаменитой банды Мишки Япончика. С самим Мишкой, некоронованным королем Молдаванки, было покончено еще в двадцатом, а дружки его очень мешали нормальной жизни. Вот тогда и полазил Данилов по одесским забегаловкам.
В дверь постучали. Данилов отложил бритву.
На пороге появился капитан Токмаков.
— У меня все готово.
— Молодец. Сейчас едем. Только вот лицо умою.
Через несколько минут свежий, подтянутый, чуть пахнущий одеколоном, Данилов вошел в комнату своей группы. Все спали, только Сергей Белов, загородив свет лампы газетой, писал бесконечное письмо Марине.
— Ей? — спросил Данилов, добро усмехнувшись.
— Поднимай людей, Сережа. Едем.
— Объявился? — обрадованно спросил Белов.
Все это время его не покидало ощущение странной приподнятости. Даже ночная дорога, по которой с трудом пробиралась машина, не могла испортить его настроения.
