Московская милиция во время Великой Отечественной войны сталкивается с напряженной работой. Роман повествует о событиях, связанных с «Четвертым эшелоном», раскрывая атмосферу военного времени и личные истории сотрудников. Интрига развивается вокруг работы и судьбы героев в условиях войны.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Четвертый эшелон» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Московская милиция во время Великой Отечественной войны сталкивается с напряженной работой. Роман повествует о событиях, связанных с «Четвертым эшелоном», раскрывая атмосферу военного времени и личные истории сотрудников. Интрига развивается вокруг работы и судьбы героев в условиях войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Эдуард Анатольевич Хруцкий Легкое чтение Детективы подборки серии
Московская милиция во время Великой Отечественной войны сталкивается с напряженной работой. Роман повествует о событиях, связанных с «Четвертым эшелоном», раскрывая атмосферу военного времени и личные истории сотрудников. Интрига развивается вокруг работы и судьбы героев в условиях войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Бежал с этапа в июле 1941 года, с 1942 года находился на территории Пинской области, во вспомогательной полиции не служил, с оккупационными властями не сотрудничал. В составе банды Крука грабил мирное население. С 1944 года активный член бандгруппы, является адъютантом Крука, вооружен и очень опасен при задержании.
Наркоман, образование начальное, смел, жесток, отлично стреляет, предан Круку, обвиняется в убийстве предположительно десяти человек».
Так вот какой «клиент» попал к нему. Данилов взглянул на фотографию. Фас, профиль. Снимали в минской тюрьме. На фотографии Бурковский был пострижен наголо, и лицо его казалось еще более асимметричным.
— Что делать будем, Сережа? — Данилов закрыл папку.
— Понимаешь, мне кажется, что Судин и Алтунин каким-то боком связаны с Круком. Посуди сам. У Судина этого…
— Судинского, — поправил Данилов.
— Один черт. Так вот, у покойника нашего наркотики нашли. Так. Постой, дальше пойдем. Он в Белоруссию часто ездил. Так. Теперь смотри, вот лист дела сороковой. Куда командировки: Барановичи, Пинск. Так. А это зона действия бандгруппы Крука. Появление в Москве Бурковского. Так. Деньги, золотые пластины. Рупь за сто отвечаю, экспертиза покажет, что деньги взяты в Белоруссии, а золото из той машины, что везла ценности в Минск. Вот она, Ваня, суровая проза нашей жизни. Теперь сам думай.
— А думать здесь, Сергей, нечего. Надо получить сведения.
— Ваня, надо расколоть Бурковского, и поторопи ты Алтунина. Целых два дня. Да ты знаешь, что может этот Болек за один час натворить? Он что, на самом деле роман создает? Нет же, чистосердечные показания. Так пусть поторопится.
— Ты меня, Сергей, знаешь, — твердо сказал Данилов, — я свое слово держу даже перед алтуниными.
— Ну и держи, мой хороший, кто тебе не дает. Ты в трюм к нему спустись. Погоди: то, мол, да се. Глядишь, он и пораньше сделает.
— Нет, Сергей, я ему два дня дал.
— Ох и черт ты упрямый, — Серебровский хлопнул ладонью по столу, — ну ладно, делай как знаешь. Только помни, что ты вышел на верную дорожку к банде Крука. Теперь о Валиевой.
— Это хорошо. Я позвоню Ибрагимбекову, чтобы они оказали ему полную поддержку.
— Ну, ладно, — Данилов встал, — в гостях хорошо…
От стены до окна четыре шага. Раз. Два. Три. Четыре. И снова четыре, и снова. Нет, не испугался он, когда увидел человека с пистолетом. Не испугался. Пожалел, что не успел еще раз обнять Ларису. Тюрьма. Нет, пока камера предварительного заключения. А впрочем, одно и то же. Везде ему дадут не больше четырех шагов от стены до окна. А потом? Интересно, как его расстреляют? Выведут в коридор и бахнут в затылок или поставят перед отделением солдат? Впрочем, какая разница? Главное — умереть достойно надо. А то жил погано последние годы и умрешь погано.
