В огромной лошади, наполненной людьми словно плод инжира, семечками, зазвучали голоса и смех. Катарина из сосредоточенного молчания спросила: "Что там за шум?" Лусия, камеристка, увидев происходящее, сразу отвернулась, покачав головой. Агапит же смотрел на событие с завистью и любопытством. "Кого-то казнят", — прошептала Лусия, не в силах усидеть на мягком сиденье кареты....
Катарина сбежала со свидетельского места, смущенно улыбаясь и горя щеками, и муж поднялся ей навстречу, обнял и что-то шепнул, а она кивнула — счастливая и гордая. Такой Черную Вдову не видели даже на третьей свадьбе, когда она выходила за дона Анджело — первого красавца и богача Тьерги.
Можно было и расходиться, но тут герцог дель Астра крикнул на весь зал:
— Имею кое-что сказать!
Голос у него был зычный, усиленный троекратно эхом, и все, кто собирался уходить, остановились, а те, кто успел выйти, поспешили вернуться, чтобы послушать, что такого объявит нынешний герцог, бывший королевский генерал и вчерашний висельник.
— Во-первых, хочу поблагодарить всех, кто пришел сюда сегодня, чтобы сунуть нос в чужую жизнь, — объявил дон Хоэль, улыбаясь при этом с таким радушием, словно благодарил дорогих гостей, почтивших своим присутствием его свадьбу.
Донна Рената попыталась упасть в обморок второй раз, но на нее никто не обратил внимания, все смотрели на дона Хоэля, который, судя по всему, собирался устроить еще один скандал.
Даже донна Катарина взглянула с беспокойством и потянула мужа за рукав, но дон Хоэль только ласково кивнул жене и продолжал:
— А во-вторых, предупреждаю. Кто скажет про мою жену хоть одно плохое слово или косо посмотрит — пусть будет готов встретиться со мной, — он улыбнулся еще шире и приглашающее развел руки. — Женщин бить не буду, — сказал Хоэль, чем вызвал переполох среди благородных дам, — но мордочкой в сточную канаву макну, вы уж не обижайтесь.
Донна Рената все же упала в обморок и ее усадили на скамью, обмахивая веерами.
— Объявление закончено, теперь по домам! — дон Хоэль предложил жене руку и пошел к выходу, и горожане расступались, давая дорогу.
Возле донны Флоренсии он остановился, и хотя Катарина предостерегающе погладила его по плечу, сказал:
— Что-то вы не веселы, тещенька. Но ваша падчерица счастлива, почему бы вам не порадоваться за нее?
Донна Флоренсия поднялась, и все замолчали, ожидая, что она скажет.
— Я рада, если я ошиблась, — сказала она с достоинством.
— Вот ведьма, — только и сказал Хоэль, покачав головой, а Катарина дернула его за рукав.
Они вернулись в Каса-Пелирохо очень довольные, хотя Катарина только и успевала останавливать мужа, который не желал соблюдать правил приличия и лез с поцелуями, стоило коляске свернуть в безлюдный переулок.
