Четвертый тост — это драматический роман о том, как мир на грани войны и любви. Время кажется испорченным лекарственной микстурой, где каждая капля событий оказывает сильное влияние. Автор создает атмосферу тревоги и предчувствия, заставляя читателя вглядываться в будущее с осторожностью и трепетом....
– Населенный пункт… – произнес майор, не задавая вопроса, а просто-напросто констатируя факт.
– Вот именно. Деревня довольно большая, исповедует стойкий нейтралитет – тейповые заморочки, жизненная философия… Еще в ту войну отбивали дудаевских, а потом не пустили к себе Шамиля Полторы Ноги – ну, тогда у него ног было аж две… А поскольку нейтралитет строгий, к федералам тоже относятся… скажем, без особого расположения. Там у них местная самооборона и прочие прелести… ну, ты кое с чем подобным встречался, в ситуации легко сориентируешься.
– Учел, – без выражения сказал майор."
"Токарев с Самедом для того с вами и пойдут… – вмешался Шагин. – Есть в деревне человечек, который и ходит на связь с Каюмовым «почтарем». Сам он не местный, из другого тейпа, но так уж вышло – прибился, обжился… Вы с ним практически и не будете работать, это сугубая задача оперов, но все равно посматривайте за ним.
– Я так понимаю, в деревне можно объявиться открыто?
– Можно, – кивнул Евгеньев. – Признано целесообразным. Будете болтаться в окрестностях инкогнито – еще, чего доброго, ненароком выйдут на вас деревенские сторожевые посты, неприятность может получиться. Просто-напросто некая армейская группа малого состава прошла мимо по своей загадочной надобности, мимоходом задержалась на блокпосту, потом двинулась дальше – совершенно житейская картина… Особист там есть, он в курсе.
– Моим – прикрывать оперов, когда пойдут на встречу?
Нет. На ближних подступах к деревне разве что. Пока все обходилось и без прикрытия. В этой части пьесы вы оперов не стесняйте и мнения своего не навязывайте, ясно? Они тоже не пацаны. Главное – получить от Каюмыча что-то конкретное. А вот дальше уже работать будете по обстановке.
