Четвертый тост — это драматический роман о том, как мир на грани войны и любви. Время кажется испорченным лекарственной микстурой, где каждая капля событий оказывает сильное влияние. Автор создает атмосферу тревоги и предчувствия, заставляя читателя вглядываться в будущее с осторожностью и трепетом....
"
"Под прикрытием этого огня две группы разошлись в разные стороны – Михалыч с бойцами, пригибаясь, потащили тело капитана к блокпосту, а спецназ принялся отступать вправо классической «улиткой» – сначала лупили автоматы, под их прикрытием отступали пулеметчики, потом они менялись ролями, и опять, и снова, экономя патроны по мере возможности, потому что пополнять запасы было негде…
Потом они поднялись на ноги и припустили бегом, той же волчьей цепочкой, круто забирая вправо, сбивая с толку возможных преследователей, отрываясь.
И оторвались – пока что.
Глава пятая
Пряталки-догоняшки по-взрослому
Они уходили, чередуя бег и быстрый шаг, используя рельеф так, чтобы преследователи не смогли их высмотреть с какой-нибудь подходящей вершинки, а сами старались использовать выгодные высоты, чтобы узреть наконец, с кем имеют дело, и внести хоть какую-то определенность. Пока что не получалось.
Юрков дважды закладывал мины, ставя их на неизвлекаемость с помощью простейших приспособлений: трех гвоздей (у него был с собой некоторый запас) и палки, то бишь подходящего сучка.
В первый раз они так и не услышали взрыва – надо полагать, растяжка так и осталась в неприкосновенности ждать, пока не подвернется кто-то невезучий или сделает свое дело природа. Зато вторая закладка сработала, как по нотам, отдаленный взрыв опытное ухо без раздумий приписало результатам юрковского рукоделья.
Одно отрадно: за все это время Славка так ни разу и не зафиксировал радиопередач поблизости. Это означало, что погоне попросту не с кем связываться, что они и есть – Накир. Возможен был и другой расклад: по следу идет опытный профессионал, соблюдающий до поры до времени радиомолчание, – но он не вязался с первым огневым контактом.
