Автор
В дверях квартиры зазвенел колокольчик, поднимая над головой Жени струны любопытства и тревоги. Она, Евгения Аркадьевна Тихорецкая, коммерческий директор «Аргона», вдруг почувствовала себя в центре внимания — всеобщего внимания к нему, которого она не заметила дома весь день. Казалось, мессенджер с неизвестного номера затащил ее в мир незнакомых дам, среди которых она будет лишь четвертой любовницей....
Женя порой чувствовала укол совести, замечая, как муж колдует у плиты над ужином. Но Стас всегда повторял, успокаивая, что каждый должен заниматься тем, что у него лучше получается или тот, у кого есть возможности и время. Поэтому по выходным готовила Женя, а по будням либо он, либо все вместе, включая девочек. Вспомнив, что Стас заказал ужин в ресторане, она с некоторым сожалением убрала кастрюлю в холодильник.
Пришло короткое сообщение от мужа:
«Выезжаю.»
Так, путь от дачи свёкров до их дома занимает около часа.
* * *Хлопнула входная дверь, а затем внутренняя.
— Ну, здравствуй, раб быта, задушенный властной меркантильной женой!"
"Судя по загоревшимся глазам мужа, вряд ли он что-то расслышал из сказанного. Восторженный взгляд Стаса алчно скользил от кончиков её шпилек вверх по стройным ногам в ажурных чулках, корсету, подчёркивающем, несмотря на рождение двоих детей, тонкую талию и поддерживающем соблазнительные полушария с пикантной родинкой на правой груди, и обратно. Сегодня Женя была вся в чёрном и только в навершии стека, подаренного на память в «Святой инквизиции» в качестве сувенира, поблескивал бордовый кристалл.
Не сводя с неё взгляда, Стас молниеносно снял верхнюю одежду:
— О госпожа моего сердца и прочего ливера, готов служить Вам вечно и исполнять все прихоти!
Женя прищурилась и ехидно поинтересовалась:
— С любовницей познакомишь?
У прыгающего на одной ноге Стаса выпал из рук снятый ботинок, а челюсть натурально отвисла до пола:
— С кем, любимая?
— С зазнобой твоей, ратующей за твои творческие и, кхм, не только начала…
Женя красиво продефилировала по направлению к мужу и вытащила мобильник из-за резинки правого чулка.
Спустя минуту прихожую сотряс громкий хохот Стаса:
— Какая прелесть! Ну, ты даёшь! Я, правда, кто это, не знаю.
