Даша обхватила его голову руками и пожалела о том, что у Андрея короткая стрижка, не было возможности запустить пальцы в волосы, почувствовать их мягкость.
Кружево мешало, и Андрей с легкостью избавился от бюстгальтера, выпустив трепещущие груди на свободу. Они жаждали продолжения, как и их хозяйка.
И он давал им желаемое. Он ласкал, теребил, лизал. Давал все, что они хотели.
Его руки с нежностью ласкали обнаженную спину девушки, спускались ниже, к мягкой округлости. Даша чувственно прогибалась под его прикосновениями. Теперь ей стала мешать его одежда. От неё давно следовало избавиться. Она пробралась под его джемпер и потянула на себя.
— Спешишь? — чуть насмешливо, но не без нежности поинтересовался Андрей, оторвавшись от её тела.
— Нет. Просто хочу вернуть тебе твои прикосновения.
— Предложение принято.
Он помог ей снять джемпер и рубашку. Её ладошки тотчас оказались на его груди.
— У тебя потрясающая грудная клетка. Мне нравится, — она снова улыбнулась и склонила голову, чтобы попробовать на вкус его кожу.
Андрей хрипло рассмеялся.
— Ты первая, кто возводит размер грудной клетки в достояние.
— Вам бы всё шуточки, сударь, а я тут решила серьезным делом заняться, — пошептала Даша, и, нащупав языком сосок, легонько его куснула. Андрей откинулся назад, запрокинул голову и подставил тело. Пусть она вспомнит его. Пусть воссоздаст в памяти. Пусть поймет, что с ней именно он, Загорнов.
А потом он вернет инициативу себе.
Даша поддалась искушению и поймала себя на мысли, что ласкает грудь и плечи Андрея с тем чувством, точно она впервые в жизни прикасается к мужчине. Её руки подрагивали. Её страсть к Загорнову вышла из-под контроля. И она была этому рада.
Ей всё время не сиделось на одном месте, она ерзала на коленях мужчины и с затаенной радостью отмечала, как он вздрагивал каждый раз, когда она будто нечаянно задевала его плоть. Ей самой хотелось запустить руку под ремень брюк, но она пока сдерживала своё желание.
Андрей придерживал её за талию. А ведь пройдет совсем немного времени, и она у Даши округлиться, появиться животик. В минуты страсти он забывал о её беременности. Тень сожаления промелькнула на его лице. Но он сожалел не о том, что Даша беременна, а о том, что не он отец её ребенка.
Она вошла в его жизнь. И теперь он хотел войти в её.
Но в данный момент его больше занимало тело девушки. Её ручки творили что-то невообразимое, поднимали в его душе бурю эмоций, и ему становилось всё труднее сдерживаться.
