Чёрный город — читать онлайн бесплатно полностью

Будем считать, что ритуал состоялся. Надобно идти. Дела.

После воскрешения Эраст Петрович успел побывать в номере всего дважды, оба раза коротко. Портье и швейцары смотрели на восставшего из мертвых с любопытством, но в разговоры вступать не пытались. Однако на сей раз, когда Фандорин после грустного ужина с прекрасной дамой вернулся в гостиницу, его появление вызвало за стойкой небольшой переполох.

Портье бросился навстречу, вручил с поклоном два конверта. А потом – явно неспроста – кинулся обратно и, прикрыв рот ладонью, стал разговаривать с кем-то по телефону.

Первую записку Фандорин прочитал на лестнице.

«Эраст Петрович! Случилось непаправимое! Нужно погаварить!».

С орфографией у Симона было неважно, в свое время недоучился.

«Какая-нибудь очередная катастрофа на киносъемке. Пустое».

Второй конверт был с габсбургским орлом, а внутри, на красивой картонке, очень учтивое приглашение от консула Люста для неотложного разговора.

«Должно быть, хочет выяснить судьбу австрийскоподданного Кауница.

Интересно, откуда Люсту известно, что я могу это знать?»

Ребус требовал разгадки, но времени на нее не хватило. Через десять минут после того, как Фандорин вошел в номер и сменил сюртук на бархатную домашнюю куртку, дверь без стука распахнулась.

На пороге стояла Клара. Бледная, с растрепанными волосами, со шляпой в руке.

– Мне сказали, что вы вернулись! – вскричала она и немедленно разрыдалась. – Я была у вас уже трижды, но не заставала!

«Вот кому телефонировал портье. Это раз. Шляпка в руке означает, что Клара сняла ее за дверью, а волосы растрепала нарочно.

Это два. О Боже, сейчас кинется на шею, и избежать этого нельзя…»

Но жена сделала всего два шажка и замерла.

– Вы живы, какое счастье! – всхлипнула она.

– Жив, да, – кисло сказал он. – Счастье…

– Но я-то думала, что вы погибли! – воскликнула Клара, заламывая руки. – Конечно, я недолго держала траур, я виновата! Да-да, я бесконечно виновата! Казните меня, вините, презирайте! Моя поспешность ужасна! Я повела себя, как Гертруда! «О, женщина, неверность – твое имя! И башмаков еще не износив…».

Я чудовище, я исчадие ада! Вы вправе презирать меня и ненавидеть! Мне больно и стыдно! И я представляю, как больно должно быть вам!

– Вы мне… изменили? – осторожно осведомился он.

– И вы улыбаетесь? – недоверчиво пролепетала Клара.

Эраст Петрович поскорее сдвинул брови, придал лицу приличествующее случаю выражение сдержанной скорби. В глазах жены сверкнули огоньки неподдельного интереса.