Федосья и другие персонажи наблюдают за загадочной старушкой, чьи истории наполнены чудесами. Во время посиделок с Порохиными и Махонькиными раскрываются тайны и народные предания. Возникает интрига вокруг удивительных событий, которые происходят в их жизни.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Чистая книга: незаконченный роман» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Федосья и другие персонажи наблюдают за загадочной старушкой, чьи истории наполнены чудесами. Во время посиделок с Порохиными и Махонькиными раскрываются тайны и народные предания. Возникает интрига вокруг удивительных событий, которые происходят в их жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Федосья и другие персонажи наблюдают за загадочной старушкой, чьи истории наполнены чудесами. Во время посиделок с Порохиными и Махонькиными раскрываются тайны и народные предания. Возникает интрига вокруг удивительных событий, которые происходят в их жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Вы хотите сказать – диктатура пролетариата.
– Хорошо. Диктатура пролетариата. А сколько у нас в стране пролетариата? Двадцать процентов!
– Но эти двадцать, пятнадцать процентов наиболее организованный, наиболее сознательный отряд русского народа. Наиболее культурный.
– Но почему эти двадцать процентов должны осуществлять диктатуру над семьюдесятью процентами населения, коим является крестьянство?
– Я сказал уже: он наиболее сознательный, развитой…
– Так сказать, высший тип человека?
– А крестьянин низший тип?
– Фигу тебе. Лимон выжатый выше лимона в соку? А рабочий по сравнению с крестьянином – это лимон выжатый. Или: трава, выросшая в подполье. Разве ее сравнишь с луговой?
Рабочий всю жизнь стоит у станка, природы-то не видал – кой черт он понимает? Это еще нищета. А крестьянин всю жизнь с землей, с полем, с лесом, со зверем, с птицей. Вы, поди, и сами не знаете ничего этого.
– Это к делу не относится.
– Относится, коли выжатый лимон предпочитаете невыжатому.
– Рабочий класс организованнее, сплоченнее, выше по сознательности. Только с ним можно завоевать власть.
– А кто будет руководить этой властью? Вы на крестьян плюете, поносите. Чего же вы в России? Езжайте, где пролетариат. Коренное население страны, создавшее такое государство, все ценности, – и низший тип?
– Я еще раз о диктатуре.
– Это вопрос не новый о диктатуре. Буржуазия во Французской революции тоже осуществляла диктатуру.
– Но она была большинством нации.
– Я повторяю: диктатура рабочего класса предполагает союз рабочего класса с крестьянством, трудящимся крестьянством. Еще Маркс и Энгельс указывали, что хорошо бы восстание рабочих крепить восстанием крестьянства…
– Это Маркс. А русских социологов вы учитываете? Герцен и другие. Они идиоты были? Ведь одно дело русский рабочий класс (из вчерашнего крестьянства) и другое – немецкий.
– Вернемся к нашей грешной жизни. Вы сказали: чем хуже живет народ, тем лучше. Но когда революция будет? Что же, в ожидании ее люди должны погибать от отсутствия медицинской помощи? Нет, я считаю, Полонский великое дело делает.
– Буров – человеконенавистник. Он не любит людей. Вот основной его порок. Он не любит человека. Он любит человечество – согласен. Но он не любит живого человека. А значит, не любит и человечество. Вот моя точка зрения.Разговор двух социологов
С-д: – А, господин террорист.
С-р: – Слушаю, господин немец.
С-д: – Что это значит?
С-р: – А то, что вы философ немецкой социал-демократии.
С-д: – Но мы делаем большое дело, а вы своим террором лишь отвлекаете.
С-р: – Террор в условиях насилия и произвола не только допустим, но необходим. И не забывайте: во главе Пресни мы были. Мы способны не только на террор, но и на вооруженное восстание.
