Темный климат и холодная мгла неба создают атмосферу безысходности, отчаяния и предчувствия бесконечного уныния. Нефтедобывающая платформа на северном море – место не только захвата воздухом из-за экстремальных условий, но и тайны и загадок в этом последнем рубеже жизни. История Димки здесь становится частью большой мистической драмы, приковывающей внимание любителей жанра постапокалиптика....
– Что вы делаете?! – воскликнул полковник, и Димка невольно вжал голову в плечи и прищурился, ожидая взрыва. Многие в каюте компаний испытали схожие чувства, а половина Димкиных солдат успели выскочить из помещения за двери. Но взрыва не произошло.
– Собираюсь открыть люк, – ответил Николаев. – Наш случай более чем экстренный, моя невеста может погибнуть в любую секунду! – Он схватился за штурвальное колесо и напрягся, пытаясь провернуть кремальеру. – Тяжелая, мать её! Не поддается! Может, изнутри заперто?
– Попытайтесь сделать это вдвоем! – потребовал полковник.
Вдвоем колесо провернуть не удалось, втроем тоже. Они даже ухитрились схватиться за кремальеру вчетвером, но результат был тот же. Полковник Левински начал обсуждать с инженерной группой возможности имеющихся в распоряжении экспедиции средств, которыми можно было бы вскрыть люк, и к ним присоединился доктор Иванов. Пока они составляли список вариантов, изрядно запыхавшийся Николаев опустился рядом с люком и посмотрел на изображение своей герлфренд.
– Как ты? – спросил он.
– Пока хорошо, – тихо ответила она, – Аллах милостив.
– Не бойся, я открою этот чертов люк, – заверил её Николаев. – Обязательно открою! Чего бы там ни придумал этот Вильман со своим нестандартным оборудованием! – Он на секунду умолк и задумчиво произнес: – Нестандартное оборудование… – И поднялся на ноги: – Абдулла! Давай попробуем в другую сторону крутить! Может, тут резьба противоположная!
Они вцепились в штурвальное колесо и принялись тянуть в другую сторону.
– Поддается! Давай, навались! Кажется, мы её сами затянули, пока не в ту сторону открывали!"
"Втроем дела пошли успешнее, и вскоре кремальера была открыта. Едва Николаев сделал последний оборот штурвального колеса, как где-то внутри мощного люка что-то громко щелкнуло, раздался лязг взаимодействующих механизмов, и откуда-то из-под пола послышался низкий гул мощных двигателей.
– На правую сторону! – Абдулла метнулся от надвигающегося на него люка полуметровой толщины. – Быстрее! А то раздавит!
Все бросились к безопасной стене, проскальзывая в медленно уменьшающееся пространство между распахивающимся люком и левой частью помещения, и оператор проворно убрал робота.
