Три брата Рыбников оказались в эпицентре глобальной катастрофы. Капитан Степан Рыбников пытается найти защиту для себя и семьи в условиях, когда наступают мутанты и мародеры. Им предстоит двигаться на север в надежде встретить Капитана Степана.
Понял, что тот спасал детей и бабу. Она, кстати, была вполне симпатичная, несмотря на трех спиногрызов – бывает такое, что роды женщину не портят.
Или это чужие дети? Телка-то выглядит старше своего спасителя!
Женька практически не сомневался, что весь шухер на автобазе устроил этот парнишка. Интересно, он один действует или у него есть сообщники?
Когда беглецы завели свой «УАЗ», словно не замечая приближающийся к воротам грузовик, Женька понял, что его песенка спета. Независимо от того, вырвутся беглецы или нет, на стоянке начнется кипеш и его обнаружат.
Можно сбежать сейчас. Но тогда придется забыть о любимой машинке. Он и так слишком долго ждал подходящего случая, а если после происшествия охрану усилят – а ее усилят, можно не сомневаться! – то попасть на стоянку вообще станет невозможно, а значит, с «Фокусом» можно будет попрощаться.
Грузовик въехал в ворота и заглох. Сразу стал слышен шум работающего мотора «буханки». Услышал его и охранник. Вытянул шею, занервничал, задергался. Сказал что-то выпрыгнувшим из кабины водителю и его напарнику. Те переглянулись, достали оружие – гладкоствольные обрезы.
Женька посмотрел на свой автомат, аккуратно снял его с предохранителя и тихо выполз из-под фуры.
Похоже, пришла пора действовать…
Коля еще надеялся вырваться, когда увидел бегущего к «буханке» охранника. Он прибавил газу, выруливая к воротам. И только там понял, что выхода нет. Здоровенная «Скания» закрыла собой выезд. А возле ее колес, широко расставив ноги, стояли два человека – по виду дальнобойщики. В руках у них были обрезы.
Если бы Коля был один, он, возможно, с ходу размазал бы одного из дальнобойщиков и попытался бы сбежать, бросив машину. Не вышло бы – тогда ввязался бы в перестрелку.
Но сейчас в салоне были дети.
Он нажал на тормоз, поднял руки так, чтобы их видели дальнобойщики, и закричал в приоткрытое окно:
– Мы свои! Едем от Гусака! Пропустите!
Из-за грузовика вышел еще один человек. Коля узнал его и понял, что все пропало: это был Мамедов.
– Гусака не видели? – спросил Мамедов у дальнобойщиков. А потом заметил Колю, узнал его и сдернул с плеча карабин.
– Выходи, Колян! – заорал он. – Тебя Гусак спрашивает! Баба твоя, которую ты придумал, в натуре нашлась!
Из его пасти вдруг вылетел целый сноп алых брызг.
Мамедов покачнулся и упал.
На рубашке стоящего за ним дальнобойщика словно цветы распустились – он захрипел и свалился, корчась в растекающейся по асфальту луже крови.