И вот я сижу, запертый в своей тесной квартирке, мысли мои где-то гуляют, а глаза скользят по информации, которая мне не помогает. Ставлю на место чашку с кофе. Даже не помню, когда я успел его сделать, но он еще теплый. Вся эта информация здорово меня утомила. Думаю, она утомила бы кого угодно. Снимая комбинезон, вынимаю бумажку с номером Салли из кармана и уже готов смять ее в маленький шарик, но потом все-таки решаю оставить. Приятно иметь чей-то телефонный номер, помимо маминого и рабочего. С помощью магнита в форме маленького банана прикрепляю записку к холодильнику. Как будто у меня есть друзья; довольно неплохое ощущение.
Возвращаюсь к дивану, чтобы взять полотенце, свисающее с одной из его ручек, но вместо этого беру следующую папку. Я полуобнажен, из подмышек у меня воняет как от бомжа, но я все равно сажусь на диван и продолжаю читать.
Детектив Роберт Кэлхаун. Пятьдесят пять лет. Женат. Фотография сделана где-то за год до того, как его сын попал в большой дом для самоубийц на небе — повесился в гараже в возрасте четырнадцати лет, десять лет назад. Кэлхаун нашел его. Отчет здесь же. Тимоти Кэлхаун. Малыш Тимми. Не представляю, каково это, иметь отца полицейского. Наверное, поэтому он и повесился. А может, его отец играл с ним во врачей и медсестер?
Хочешь фокус покажу, Тимми, малыш?
Кэлхаун пришел в полицию в возрасте двадцати двух лет и вкалывал десять лет, пока не стал детективом. Родом он из Дунедина, перевелся в Веллингтон, провел там пару лет, после чего был переведен в Окленд. В полиции всегда так. Они дадут тебе работу, обучат тебя, а потом разлучат с семьей и друзьями, предоставив новый дом в той точке страны, где ты никого не знаешь.
Кэлхаун расследовал серьезные преступления, включая изнасилования, в течение двенадцати лет. После этого ему дали шанс поработать с убийствами. В этой стране не существует специальных отделений, которые занимались бы исключительно убийствами. Пока не существует. Когда кого-то убивают, для расследования привлекаются опытные детективы, специализирующиеся в других областях: в изнасилованиях, иногда на кражах с взломом. Так что даже после того, как эти ребята поработают с убийствами лет пять или около того, они остаются в первую очередь спецами по кражам или мошенничеству, пока им не представится счастливый случай. Я думаю, что двенадцать лет работы с изнасилованиями и другими нападениями в кого угодно заронят определенные идеи.
