Черная иномарка, покачиваясь на неровностях дороги, то и дело клюя носом, двигалась к людям, стоявшим в поле. Через пять минут машина остановилась в нескольких метрах от них. Подполковник Игнатович быстрым шагом подошел к яме и встал там, засунув руки в карманы форменных брюк и глядя вниз. Потом он поймал вопрошающий взгляд районного прокурора и коротко кивнул ему.
Гуров не торопил подполковника, хотя его так и подмывало начать всех подгонять и навязывать свое мнение.
«Нет, так не пойдет. Каждый из вас должен сам прийти к определенному выводу и выработать свое решение. Решайте прямо здесь, голубчики, — подумал Лев Иванович. — С нами вы или против нас».
Игнатович обернулся, нашел взглядом московского гостя и подошел к нему. Вообще-то для начальника районной полиции Гуров являлся представителем вышестоящей, даже главенствующей организации. К тому же он был старше по званию. Но сейчас полковник не стал обращать внимания на то, что Игнатович вел себя странно. Не представился, не отдал честь. Он вообще вылез из машины без фуражки.
— Значит, так?.. — спросил подполковник несколько неопределенно, глядя вдаль, где виднелись трубы нефтеперерабатывающего завода.
— Что вас беспокоит кроме вскрывшегося факта преступной деятельности и возможной связи с этим целого ряда других преступлений? — осведомился Гуров.
— Что беспокоит? — задумчиво переспросил Игнатович и вдруг поднял глаза на собеседника. — Вам там, в Москве, многое видится иначе, не тем, чем оно является на самом деле здесь, на местах. Не возражайте, не надо. Я это знаю. Даже для областного начальства некоторые события выглядят совсем не так, как для нас. Ладно, давайте честно! Что вы намерены предпринять?
— Вообще или в частности? — насмешливо спросил Гуров. — Вообще я намерен до конца выполнять свой служебный долг и присягу, данную когда-то в молодости. А в частности я собираюсь перевернуть все вокруг, схватить за шиворот всю эту мразь и швырнуть ее как минимум в следственный изолятор. Жаль, что не в моей власти сразу отправить их на скамью подсудимых, но и как сыщик я могу многое. А еще есть честные люди, которым я обязан. Один из них сейчас в опасности. Это капитан Седов, который пропал этой ночью, во время выполнения оперативного задания. Я подозреваю, что его жизни угрожает непосредственная опасность. Я ответил на ваши вопросы, подполковник Игнатович?
Тот немного распрямил плечи, даже подтянулся, но ничем другим не отреагировал на переход Гурова к официальным интонациям. Лев Иванович, собственно, и не добивался того, чтобы этот подполковник вытянулся перед ним в струнку. Он вот уже несколько часов ни на минуту не забывал об Алексее Седове. Это сейчас было самое важное.