Чашка чая напитывала приятное тепло, смешиваясь с ароматом осенних листьев, который повеял от открытой двери кофейни. Я сидела на террасе торгового центра, где яркие огня Нового года мерцали вдали. Волшебная атмосфера зимы и праздника накрывала меня теплом и надеждой - новый год обещает быть необычным и прекрасным....
Время близилось к шести и нам уже следовало выезжать к Прежану, но я все еще была не готова. Это же касалось и Доминика.
Моно, будучи одетым лишь в одни брюки, стоял на террасе и разговаривал по телефону. При этом, у него были влажные после душа волосы и, в итоге не выдержав, я схватила плед и, подойдя к двери, молча кинула его Доминику.
— Холодно. Накинь на себя плед, или вернись внутрь, — сказала совсем тихо, чтобы не мешать телефонному разговору.
Вернувшись, в спальню, я села на пол и продолжила перебирать заколки в ящичке.
В итоге, так ничего и не найдя, я с досадой поджала губы и опять села на пол."
"— Да где же она?.. — запнулась, ведь, оборачиваясь увидела позади себя Доминика. Он сидел в кресле и смотрел на меня. — Ты… ты уже вернулся? — задала глупый вопрос, сейчас буквально сгорая от смущения и пытаясь хоть как-то получше прикрыться полотенцем.
— Продолжай, — голос утяжелен той хрипотцой, от которой по коже проскользнули мурашки.
— Что именно?
— Ты что-то искала. Продолжай.
— Я уже все нашла, — солгала и тут же вскочила на ноги, быстрым шагом направляясь к шкафу, но Доминик ловко меня перехватил и буквально бросил на кровать, после чего навис сверху.
— Жаль. Мне понравилось смотреть.
Моно сорвал с меня полотенце и сразу же губами коснулся шеи. Прикусывая кожу и целуя ее. Этим создавая буйствующие контрасты между легкой болью и трепетом, от которого сознание трещало по швам и наполнялось туманом, а я тут же в руках Доминика становилась податливой. Для него послушной, хоть и пыталась удержать нить самоконтроля.
Я чувствовала, что Моно был возбужден до предела, но не понимал почему. Неужели мои неловкие движения, когда я ерзала на четвереньках около шкафчика, могли его возбудить? Мне вот наоборот было стыдно, что Доминик увидел меня в такой неподходящий момент.
— Мы опоздаем, — прошептала прерывисто и уже не узнавая собственный голос.
Я уперлась ладонями в его торс, но Моно сразу же убрал мои руки. Стиснул запястья и прижал их к кровати над моей головой.
— Ничего страшного.
Коленом раздвинув мои ноги, он наклонился ниже и накрыл мои губы своими.
