Жанр
В дымчато-синем зале ЧОПа "Заря", атмосфера которой напоминает ночной город за закрытыми ставнями, все еще тихо и печально. После очередной остановки — заказчики обычно спешат уйти, чтобы не портить вечерний шанс на отдых. Мужичок с барной стойки лишь отвлекает взгляды клиентов своим неуклюжим криком, но никто не уделяет ему внимания....
Либо он хреновый штурман, либо до Стечи доходит медленно, но нас стало трясти еще сильнее, сначала моторку занесло на повороте, потом резкий тормоз, сдача назад, и новый рывок в другом направлении. Судя по яростной жестикуляции еще и матерят все друг друга, но я все еще ничего не слышал.
Банши заметила, что я очнулся. Нежно, чтобы не зацепить раны на спине стиснула меня в объятиях. Что-то говорила, но по бледным губам я смог прочитать только отдельные: «прости» и «это мое проклятие». Я улыбнулся и прижал ее в ответ.
— Куда мы несемся? — ощущение было, как в наушниках, вроде тихо сказал, но Захар аж подпрыгнул от неожиданности. — Мы что опять вне закона? Опять преступники?
Я вполне мог допустить такую мысль, если мы разворотили целое здание. И не просто какой-то сарай, а городскую стоматологическую клинику, пусть и приспособленную дантистом под свои нужды. Было, конечно, жестко. И теперь понятно, почему у Номадов конфликт с Банши, если она что-то подобное с ними в рейде сделала. Да и завалы в Исаевском карьере не такими уж страшными сейчас казались.
Захар что-то ответил, обернувшись на меня. И продолжал что-то говорить, когда с ним начал спорить Гидеон. Я коснулся пальцами марлевых повязок на ушах, почувствовав какую-то мазь внутри, и виновато развел руками. Гидеон махнул рукой типа, ну я же говорил и достал блокнот из кармана.
Что-то там начирикал и протянул бумажку мне:
«Не преступники» — написано и зачеркнуто.
«Нет, но в городе нам больше не рады» — рядом с «нет» в скобочках втиснуто «почти».
Я развел руками и еще раз спросил, чего ради несемся так, будто за нами гонятся. А Гидеон протянул мне вторую бумажку.
«На поезд опаздываем. Захар контракт добыл на охрану артели ювелиров. Что-то богатое в Москву везут. Дорога длинная, места неспокойные».
Глава 4
В какой именно город мы едем, я не услышал. Слух возвращался быстро, но не настолько, чтобы понять, что значит Гидеоновское: Бубубрийск, а писать на бумажке никто не стал.
Когда въехали в город, еще была глубокая ночь.
Город еще спал.
