Жанр
В дымчато-синем зале ЧОПа "Заря", атмосфера которой напоминает ночной город за закрытыми ставнями, все еще тихо и печально. После очередной остановки — заказчики обычно спешат уйти, чтобы не портить вечерний шанс на отдых. Мужичок с барной стойки лишь отвлекает взгляды клиентов своим неуклюжим криком, но никто не уделяет ему внимания....
Вопросы есть?
— Остановки будут? — Гидеон наклонил бочонок, чтобы подлить в стакан, и, морщась, наклонял все больше и больше, а пиво все никак не текло.
— Будут, но сходить с поезда запрещено. Перечитайте контракт, там четко прописаны штрафы.
— Понятно, — я сел за стол. — Зачем мы здесь? Что-то ожидается?
— Это ювелирная артель, — пожал плечами Флинт. — Дорога дальная, как правило, три, порой и четыре нападения случается.
— А что за груз? Какой-то особенный?
— Повторяю, это артель ювелиров, у них всегда груз особенный.
— Фрр, — я фыркнул, — Ладно, мы вам зачем?
— Просто будьте рядом, — Флинт покосился на меня. — Я считаю, что и без одаренных справимся. Но у дочурки Куркина было видение или предчувствие. Одаренная она.
Так примерно и поговорили. Никаких деталей, какое-то предчувствие у одаренной, но папенька ему доверял. И партнеров убедил.
Мы как бы сами по себе, но с четкой иерархией и отчетностью перед Флинтом. Пока задача простая — сидеть в башенках, смотреть по сторонам. Захара отправили в «буханку», а себе поделили смены по восемь часов и приступили сразу же, так как спать одновременно не могли.
«Пинкертоны» освободили мне башенку с «миниганом», будто думали, что Орденским шаманам нужны какие-то особые условия. Я не спорил и сначала честно выполнял свои обязанности, раскручиваясь на круглой сидушке, разглядывая округу.
В вагонах первого класса заметил ауру одаренной, скорее всего, как раз дочку Куркина, ту самую хорошенькую.
Снега, леса, поля — красота! Снега, леса, поля — был бы художником, получилось бы занятно. Снега, леса, поля — а ночью-то я толком и не спал… Снега, леса, поля — может и мне пора в карты начать играть? Хотя бы пасьянчик разложил бы.
Минут через пятнадцать с начала дежурства я начал клевать носом и погружаться в какое-то странное состояние на грани сна и медитации.
Есть завязка на дневник деда — найти мастера и проверить, сохранилась ли метка геолокации.
Есть четверо подозреваемых: Арсеньевы, Медниковы, Львовы и Исаевы, которых нужно будет проработать в Москве.
Есть статья некоего Д.Рихтера, у которого можно узнать подробности про смерть отца, по крайней мере, место.
