Она знала, что магия заключена не в том, что оно останется неизменным, а в тех переменах, которые должны в нем произойти.
К концу ритуала молитвенный жезл переливался всеми цветами радуги, как новогодняя елка, увитый развевающимися цветными лентами, на которых висели подарки. Ветер подхватил их, и они заплясали вокруг молитвенного жезла, сталкиваясь друг другом и создавая собственную симфонию.
Женщины огляделись по сторонам и обнаружили, что страх больше не сгонял их в кучу, заставляя держаться вместе. Круг их стал шире и распался. А в центре, на том самом месте, где прожила последний миг своей жизни и умерла Джейн Нил, кружился хоровод оставленных ими даров, воздавая должное женщине, которая заслужила любовь своих ближних.
Взглядом, в котором больше не было страха, Клара следила за танцующими на ветру ленточками. Ее внимание привлек предмет, прикрепленный к одной из них. И тут она поняла, что он находится вовсе не на конце ленты, а на дереве, стоящем позади.
В ветвях одного из кленов она заметила стрелу.
Гамаш как раз садился в свою машину, чтобы отправиться обратно в Монреаль, когда из леса выскочила Клара Морроу и помчалась к нему по рю де Мулен так, словно за ней гнались все демоны ада. На секунду в голове у Гамаша вспыхнуло подозрение, что приснопамятный ритуал пробудил к жизни нечто такое, что не стоит поминать к ночи. Впрочем, в каком-то смысле так оно и было. Женщины и проводимый ими ритуал возродили к жизни стрелу, которую кто-то наверняка страстно желал не видеть больше никогда.
Гамаш немедленно позвонил Бювуару в Монреаль, а потом вместе с Кларой отправился в лес, туда, где была найдена стрела. Он не был здесь почти неделю, и теперь поразился тому, как сильно изменилась окружающая природа. Самые большие перемены коснулись деревьев. Если неделю назад они горделиво выставляли напоказ свои разноцветные наряды, то теперь все это осталось в прошлом, в воспоминаниях, и на земле листьев было больше, чем на ветвях. Именно поэтому, кстати, стрела и стала заметна. Неделю назад, даже если бы он стоял на этом самом месте и смотрел на дерево, то ни за что не разглядел бы стрелу. Ее скрывал сплошной полог из листьев. Но сейчас она была видна вполне отчетливо.
Еще одной новой деталью пейзажа стала воткнутая в землю палка с лентами, пляшущими на ветру. Он решил, что она, эта палка, имеет какое-то отношение к ритуалу. Гамаш подошел вплотную к молитвенному жезлу, заинтересовавшись его необычайно ярким и веселым видом. Он поймал несколько ленточек и принялся разглядывать привязанные к ним предметы, среди которых на глаза ему попалась старая фотография молоденькой девушки, пухленькой и близорукой, которая стояла рядом с суровым и симпатичным лесорубом. Они держались за руки и улыбались.