Автор
Отец получает панический звонок от дочери: она уверена, что совершила убийство. Разворачивается напряженная история семейных тайн, где каждый персонаж скрывает свою версию произошедшего. Роман исследует, как ложь и молчание разрушают близких людей, и раскрывает истину, которая перевернет...
Раздел Chitat.online для книги «Что-то между нами» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Отец получает панический звонок от дочери: она уверена, что совершила убийство. Разворачивается напряженная история семейных тайн, где каждый персонаж скрывает свою версию произошедшего. Роман исследует, как ложь и молчание разрушают близких людей, и раскрывает истину, которая перевернет...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Отец получает панический звонок от дочери: она уверена, что совершила убийство. Разворачивается напряженная история семейных тайн, где каждый персонаж скрывает свою версию произошедшего. Роман исследует, как ложь и молчание разрушают близких людей, и раскрывает истину, которая перевернет...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В горле дерет, как если бы я очень долго орала. Но с чего бы мне вдруг орать? Может, вирус подхватила в больнице? Там этого добра – навалом. Как знала – не хотела идти.
– Эй! Замри. Ну, блин, я же просил тебя – не двигайся. Смотри, ногу порезала.
Роберт подхватывает меня на руки и куда-то несет. Под подошвами дорогих туфель хрустит зеркальное крошево. Плохая примета.
– Где у тебя аптечка?
– В ванной под раковиной.
Смерив меня напоследок настороженным взглядом, Воинов уходит. Смешно растопырив пальцы, разглядываю пострадавшую ногу. С пятки на пол капает кровь. Порез небольшой, но глубокий.
– Тебя вообще нельзя оставлять одну! – ругается Роберт. Я флегматично пожимаю плечами.
– Женщины гораздо лучше мужчин адаптированы к кровопотерям.
Воинов молчит, сосредоточенно орудуя вокруг ранки смоченным хлоргексидином тампоном.
– Из меня хреновая жилетка, но если ты хочешь это проговорить, или если тебе надо поплакать, я…
– Не придумывай. Я в порядке.
– Именно поэтому ты разнесла полквартиры?
Воинов вскидывает ресницы. И вновь прикрывает глаза, уткнувшись лбом мне в коленку. Жилетка из него и впрямь хреновая. Но я и не думала в нее плакаться.
Мы долго сидим вот так в ту ночь. Так долго, что начитает казаться, будто ему это гораздо нужнее, чем мне. И от этого только больнее. Расходимся под утро и следующие несколько дней общаемся в мессенджере. Я гоню от себя все плохое, закопавшись по уши в дипломный проект. А когда мозги начинают дымиться, выхожу на улицу с камерой и снимаю, как мне кажется, все подряд.
– У тебя в творчестве детский период? – однажды интересуется Воинов. Я отрываюсь от приготовления ужина и чуть приподнимаю брови:
– А?
– На каждой твоей фотографии либо ребенок, либо мать с коляской.
Вытираю грязные руки полотенцем. Подхожу к стоящему перед ним ноутбуку:
– И правда. Увлеклась. Но не переживай, скоро я опять переключусь на тебя. – Пытаюсь свести все к шутке.
– Прекрати!
– Что именно?
– Делать вид, будто ничего не случилось!
– Я не делаю вид. Я просто пытаюсь двигаться дальше.
– Не выходит. Разве ты не видишь? У нас ни черта не выходит!
– Роберт, чего ты от меня хочешь?
– Я не знаю! Накричи на меня. Устрой скандал. Дай мне пощечину. Что угодно сделай, но потом вернись, а? Вернись. Я не могу больше так.
– Но это же ты уходишь… – растерянно шепчу я.
– Я две недели живу с тобой, а ты даже не замечаешь этого.
– А?
– Говорю, я к тебе съехал еще две недели назад.
– Ты ушел от жены?
– Разве не это я сказал?
– Ко мне? В смысле… У тебя ко мне серьёзно?
– Я дурак, да? Думал, это очевидно."
"Отчаянно воняет горелым. Я растерянно оборачиваюсь. Выключаю газ.
– Прости меня.
– За что?
– Если бы я сказал это раньше…
– Замолчи! – слишком больно. – Не надо вот это «если». Терпеть этого не могу.
– Ладно.
