Автор
Отец получает панический звонок от дочери: она уверена, что совершила убийство. Разворачивается напряженная история семейных тайн, где каждый персонаж скрывает свою версию произошедшего. Роман исследует, как ложь и молчание разрушают близких людей, и раскрывает истину, которая перевернет...
Раздел Chitat.online для книги «Что-то между нами» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Отец получает панический звонок от дочери: она уверена, что совершила убийство. Разворачивается напряженная история семейных тайн, где каждый персонаж скрывает свою версию произошедшего. Роман исследует, как ложь и молчание разрушают близких людей, и раскрывает истину, которая перевернет...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Отец получает панический звонок от дочери: она уверена, что совершила убийство. Разворачивается напряженная история семейных тайн, где каждый персонаж скрывает свою версию произошедшего. Роман исследует, как ложь и молчание разрушают близких людей, и раскрывает истину, которая перевернет...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Отрывисто киваю, мажу по Орлову разъяренным взглядом (хотя он-то в чем виноват?) и выхожу за дверь.
На крыльце закуриваю. Выдыхаю дым, поднимаю взгляд к затянутому тучами небу. И снова опускаю. На серой кирпичной стене предупреждающая табличка «курение запрещено». Плевать вроде бы. Мне никто и ничего не посмеет сказать. Но какого-то черта я выхожу из-под козырька под дождь, чтобы докурить там. Из-под козырька и из зоны собственного комфорта, в которой, если честно, для меня давно уж не существует каких-то правил. Раньше это казалось нормальным. Большая ответственность в одном предполагает больший простор для маневра в другом. Вот только ни хрена же непонятно, где та мера условности, на которую ориентироваться, чтобы не пойти совсем уж по беспределу. Прежде я ориентировался на себя. Собственное ощущение правильного. А теперь не могу отделаться от мысли, что потерял связь с реальностью. Занесло… Ой, занесло тебя, Воинов.
Над башкой распрямляется зонт.
– Промокнете, Роберт Константиныч.
Хмыкаю. Надо мной зонт, а сам под дождем. Ладно. Такая работа.
– Да я уже все. Пойдем.
Чертыхаясь, обхожу лужи. Ныряю в салон. К рыжей, что вжалась боком в противоположную дверь. В кармане телефон звонит.
– Роберт Константинович, у вас с Большаковым совещание.
– Сань, давай все переноси. У меня тут, – кошусь на Эмилию, – форсмажор. Есть куда подвинуть?
– Так ведь он уже десять минут как у нас в офисе.
– Черт. Тогда пусть с ним Алексей Дмитриевич встретится. Он в теме. Потом что?
– Горинов.
– Так, это ж правительственное. Ч-черт. Ладно. Туда постараюсь успеть. Остальное раскидай. – Отбив звонок помощника, бросаю ожидающему моего распоряжения водителю: – На Гранатовую, Степ. И давай, что ли, мигалку врубай. Весь день по одному месту.
– Я бы сама справилась, – шелестит Эмилия.
– Ага. Вижу.
Отворачивается, поджав дрожащие губы.
– Куда вы меня везете?
– Поживешь пока в моей городской квартире.
Вскидывается. Глазищи на пол-лица. Язык нервно по губам проходится. Что-то хочет сказать, но я не позволяю ей даже рта открыть.
– Избавь. Квартирой я практически не пользуюсь. Сам живу за городом. Потом найдем что-то более подходящее – съедешь. С работой и прочей херней ты завязываешь до полного выздоровления. Твои геройства никому не нужны. Расходы я возьму на себя. Все же косвенно я виноват в том, что ты в такой жопе. Оклемаешься – верну право голоса. С планом реабилитации ознакомишься, когда он будет составлен. Медперсонал я найму.
– Зачем медперсонал?!
– Уколы ставить…
– Я и сама могу.
– Там еще какие-то процедуры. – Опять отмахиваюсь. – Мне с этим поскорее покончить хочется.
– В первой половине дня у меня занятия.
– Какие в твоем состоянии занятия?
– От этого не откажусь. Что, вы зря целый курс оплатили?! – возмущается.
