Автор
В глухом углу большого города бродит одиссея молодого парня, застрявшего между двух миров — школьной реальности и незримой мечты о новом. Здесь каждый встречает врага и друга на каждом шагу, а городской шум кажется вечным тихим зовом призраков прошлого. Марьяна теряет путь в этой суете, но не даст забыть о своей миссии и верности самому себе — будь то битва за контроль над собственной жизнью или поиск того, что привязывает его к этим стенам....
Ей вдруг остро и безотчетно захотелось его поцеловать – прямо здесь и прямо сейчас, на глазах у всех. И заодно укусить! Но вместо этого Марьяна повернула меню Герману и указала пальцем последовательно на три позиции.
– Это и в самом деле вкусно. И почти не остро.
– Спасибо. А теперь покажи, что будешь ты.
***
– Ну как тебе?
– Эм… Необычно.
– Не вкусно?
– Вкусно.
– Остро?
– Нет.
– Тогда почему необычно?
– Потому что необычно. Необычно и вкусно.
И все же Марьяна была уверена, что самым вкусным Герману показался зеленый чай.
– Мы с Костей сегодня были на кладбище.
Марьяну эти слова повергли в ступор, и она не сразу поняла, к чему они и о чем речь. А потом вдруг прозрение внезапно обрушилось на нее ледяной волной. Значит, пока она думала, как все это сделать поаккуратнее, Герман все сделал сам. Значит, ей не показалось, что сегодня у Германа что-то случилось. Герман принял правильное решение. Но сразу же на кладбище… Бедный Костя…
– Как он?! – едва выдохнула Марьяна.
– Просил передать тебе, что с ним все в порядке. И что шапку он надел.
Как можно шутить в такой момент?! Но одного взгляда на лицо Германа Марьяне хватило, чтобы понять – он не шутит. Эти слова – они и в самом деле сказаны Костей. Какой же ты, мальчик… Стойкий оловянный солдатик. Как и твой отец. Впрочем, в этом деле твой отец не солдатик. Он генерал. И не оловянный, а железный.
И все же Марьяне не смогла удержать порывистого жеста.
– Это правда?! Как он… воспринял… это все?! – возможно, это не ее дело – знать такие подробности, но… – Он… он… он правда в порядке?
– Насколько это возможно в данной ситуации – да. Обещал завтра позвонить. А сегодня ему надо побыть одному – он так сказал.
Герман произнес это негромко и ровным голосом. Но Марьяна вдруг поверила. Что это все случилось. Что Костя узнал правду.
Глава 11.
Что он… он нормально это воспринял.
Марьяну вдруг накрыло опустошением – таким мощным, словно после какого-то колоссального физического и умственного напряжения. Когда после исполнения какой-то важной задачи, которая требовала огромных затрат, подгибаются ноги – если затраты были физические. Или резко теряется острота мысли и хочется спать – когда усилие было умственное.
