Автор
В глухом углу большого города бродит одиссея молодого парня, застрявшего между двух миров — школьной реальности и незримой мечты о новом. Здесь каждый встречает врага и друга на каждом шагу, а городской шум кажется вечным тихим зовом призраков прошлого. Марьяна теряет путь в этой суете, но не даст забыть о своей миссии и верности самому себе — будь то битва за контроль над собственной жизнью или поиск того, что привязывает его к этим стенам....
А еще они очень нервные сейчас – это я тебе свое личное мнение озвучиваю по итогам общения с ними. У людей Максимова сейчас каждый день, а, может, и каждый час – на вес золота. Максимов пойдет на все, чтобы соскочить с этой темы. Выводы делай сам.
– Спасибо, Вань.
– Да ладно, Герыч. Свои люди – сочтемся.
– Договорились. Ну, бывай, Иван Кириллович.
– Будь осторожен, Герман Гергардович.
Герман встал, подошел к окну и долго стоял там, глядя на панораму города за огромным окном. А потом отвернулся и резким движением засунул руки в карманы брюк.
Вот откуда она взялась на его голову, эта Марьяна Левандовская? Маша, мать ее, Пупкина! С ее появлением в его офисе несколько месяцев назад строго упорядоченная жизнь Германа Тамма стала не такой упорядоченной. Сначала ему казалось, что это просто временная турбулентость.
Просто странное стечение обстоятельств, благодаря которому эта дамочка оказалась знакома с его сыном. Герман проверил все факты, подключил свою службу безопасности, проанализировал полученные данные.
Ладно. Бывают всякие мелкие нелепые случайности, которые как-то слепешиваются в одну. Уже не такую маленькую. Началось все, наверное, с просьбы Тимура Лиханцева дать интервью – Герман на такие иногда соглашался, но, в основном, для деловых изданий. Однако тут сыграл свою роль фактор личного знакомства с главным редактором «Магната», с которым Герман пересекся на каком-то деловом форуме, и между ними возникла легкая, но вполне устойчивая человеческая симпатия.
Герман вздохнул и вернулся в кресло. Откинулся на спинку, прижался затылком и прикрыл глаза. Он ценил умных женщин. У него в команде в числе топ-менеджеров половина – женщины.
Больше всего Германа в Левандовской бесило то, что она была и в самом деле умницей. Женщиной, с которой можно вести беседу на равных.
