Юноши и девушки влюбляются как обычные люди. Все страдают одинаково, будто мир беззащитен перед коварством и предательством. Тайное проклятие и злая зависть разрушают их мир, но вместе с тем дарят надежду — на то, что любовь и верность могут переломить у Fate. Что готовы сделать герои ради счастья — уничтожить любого врага или стать жертвами самопожертвования?...
Похоже, «Что в имени тебе моем... (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Весь день Владыка не смел себе признаться, что с каким-то священным ужасом ожидает, удалось ли ему вчера невозможное. Помогло ли это странное зелье. Ему было страшно произнести свой вопрос даже мысленно, не то что вслух.
Просто ждать, как будто ничего не происходило. Так разочарование будет не таким болезненным."
"Через несколько минут к нему привели закутанных в плащи Захарию и Гульшари. Когда стражницы ушли, царь обнял их обоих и пригласил присесть. Женщины с удовольствием расположились на подушках рядом с ним и начали пересказывать ему все последние дворцовые сплетни.
- Сами виноваты, вот были бы вчера на месте, имели бы возможность убедиться лично!
Женщины переглянулись, вмиг посерьезнели:
- Владыка... Вчера ночью, когда мы помогали на кухне, приходила царица Мелисандра, - начала Захария.
- Что? - он мгновенно подобрался.
- Она приходила тайно, переодетая прислугой. Сказала, что Вам, Владыка, грозит смертельная опасность.
Владыка потрясенно молчал.
- Еще она почувствовала яд в чашке, из которой вы пили утром. Мы сидели в кухне, завтракали и видели, как забирали кофейник и как вернули чашку. В кофейнике яда не было, а вот в чашке...
Зимруд вскочил и забегал по комнате.
- Кто-то подложил яд по дороге.
- Кто же это мог быть... - голос царя выдавал его внезапную усталость и смятение.
- Неизвестно, - сказала Гульшари, - Мелисандра сделала два защитных артефакта.
Они обе протянули ему кулон и кольцо. Зимруд принял дары и, держа артефакты в руках, спросил:
- Почему она сделала это теперь? Если сама сказала, что прокляла меня?
- Ее мучает раскаяние, она была искренней. И мне показалось, что она боится, - сказала Захария.
- Мне тоже так показалось, - добавила Гульшари, - А потом она пропала.
- Так ей грозит опасность? Почему не обратилась ко мне? Я бы ее защитил...
- Владыка, оденьте это, пожалуйста.
Он одел на себя дары Мелисандры без сомнений, думая, что жизнь странно устроена, и их пути пересеклись снова при весьма странных обстоятельствах. Зимруд не держал на нее зла, царя беспокоило то, что женщина подвергалась опасности, а он не мог ей помочь.
Глава 27.
