Без особенного труда избавила её от прутьев и вручила раненому палку:
— Возьмите. У вас ведь ещё с ногой что-то.
— Подвернул, когда упал с лошади, — пояснил Эйнсли.
Постепенно перенося вес на импровизированный посох, отлепился от стены и сделал несколько шагов на пробу. Затем повернулся ко мне, внимательно за ним наблюдавшей, хотел изобразить подобие поклона, но зашипел от боли.
— С ума сошли! — Я тут же подскочила к нему. Ну почему некоторые мужчины настолько лишены чувства самосохранения?
Но Эйнсли только улыбнулся:
— Спасибо, леди Каннингем.
И мягким жестом убрал с моей щеки выбившуюся прядь, щекотно мазнув по коже пальцами.
Я замерла, не зная, дать высокородному лорду пощёчину, возмутиться словесно или просто констатировать, что кровопотеря печально сказалась на его умственных способностях.
А Эйнсли небрежно пояснил:
— Паутинка прицепилась. — И вернул на лицо платок. — До встречи, леди Каннингем.
— Надеюсь, не на виселице, — мрачно прокомментировала я.
У лорда-разбойника вырвался смешок.
— Разделяю ваши надежды.
Он похромал к выходу, осторожно выглянул из лачуги и, бросив на меня последний взгляд, шагнул в розовато-серые предутренние сумерки.
Я следила за его кособокой фигурой, пока он не скрылся из виду, и лишь после этого отошла от двери. Как смогла, убрала следы нашего присутствия и со свечой в руке спустилась в лаз. Закрыла крышку, подняла с земляного пола огарок и тронулась в обратный путь.
***
Всё-таки правду говорят, что дорога назад вдвое короче. Даже узкое место хода больше не казалось таким пугающим, как в прошлый раз. Я без приключений добралась до вырубленного в камне туннеля, а по нему — до винтовой лестницы. На втором дыхании поднимаясь через ступеньку, уже предвкушала скорый конец пути, как впереди послышался звук шагов, а по стенам заметались отсветы чужого огня.
«Кто-то ещё знает про ход?!» — испуганно подскочило сердце. Я дунула на свечу, но сбежать и скрыться в темноте не успела.
Из-за поворота вышел Райли.
Глава 58
— Леди Каннингем? Где вы были? Зачем вы вообще…
Я инстинктивно втянула голову в плечи, чувствуя себя проштрафившейся по всем фронтам. Однако Райли внезапно осёкся и уже другим, полным тревоги тоном спросил:
— Вы ранены?
Что? Я удивлённо воззрилась на него и сообразила: кровь! Пятна крови на платье. Поспешила успокоить:
— Нет-нет, не волнуйся, это не моя!
И поняла, что вляпалась уже по полной.
— А чья? — В голосе Райли лязгнул металл, тёмные брови грозно сошлись на переносице."
"— Безликого, — созналась я и выставила ладони защитным жестом. — Я всё объясню! Только можно не здесь?
У Райли дёрнулось веко.