Мэриан. Я долго думал о ситуации и пришёл к печальному выводу — вы не годитесь быть леди Каннингем. После паузы, когда лорд Каннингем завершил своё объяснение недельной давности, я решила промолчать, чтобы сохранить атмосферу в уютном чудесном саду жены-попаданки.
Что за Аланжуй и почему кружева именно оттуда, я понятия не имела. Фраза просто соскочила у меня с языка и, к счастью, подошла к ситуации."
"Горничная принесла строгое платье из тяжёлого шёлка. Украшавшие его кружева и впрямь были искусного плетения, а цвет придал глазам Мэриан — то есть моим — пасмурный оттенок. «Нормально», — решила я и, чтобы дополнить образ, попросила Эми собрать мне волосы в гладкий пучок. Очень удобно, кстати: сама я большую часть сознательной жизни носила короткую стрижку и вряд ли сумела бы изобразить что-то сложнее конского хвоста или косы.
Но вот с подготовкой было закончено, и сердце опять нервно затрепыхалось. «Привыкай», — хмуро «ободрила» я его и поинтересовалась у горничной:
— Эми, как зовут вашего дворецкого?
— Господин Бэрридон, — охотно ответила та.
— Отлично. Проводи меня к нему.
Горничная бросила растерянный взгляд на тумбочки, и я терпеливо уточнила:
— А потом уже позовёшь мужчин, которые займутся мебелью.
Чёткий план успокоил Эми, и она присела в реверансе:
— Слушаюсь, леди Мэриан.
Бэрридон был невысок, сухощав и носил подкрученные вверх усики, чем, вкупе с залысинами и тёмными прилизанными волосами, вызвал у меня ассоциацию с похудевшим Эркюлем Пуаро. Позже, когда я познакомилась с Грейс, мне вообще стало казаться, что экономку и дворецкого подбирали по принципу максимальных антиподов. Что по внешности, что по характеру.
— Щеколда на двери спальни?
На несколько секунд Бэрридон забыл о приличествующей дворецкому невозмутимости и округлил глаза.
— Да, — недрогнувшим голосом подтвердила я. — Иначе мне придётся каждый вечер двигать тумбочки.
Бэрридон прочистил горло.
— Леди Мэриан, я приношу глубочайшие извинения за дерзость, но зачем вам запираться?
Я ответила многозначительным молчанием. Дворецкий снова кашлянул и лишённым даже намёка на эмоции голосом произнёс:
— Боюсь, я не смогу выполнить ваше указание, леди Мэриан.
Что же, я и не рассчитывала на другой ответ. В конце концов, зарплату, то есть жалование, ему платил Каннингем.
— Бэрридон. — Я смотрела дворецкому чётко в глаза. — Вы знаете, почему я стала супругой вашего хозяина?
Собеседнику хватило совести отвести взгляд.
— Да, госпожа.
— Как вы считаете, я не права, желая оставить себе хоть что-то в этом браке?
Теперь настала очередь дворецкого держать паузу.
— И потом, — продолжила я, добавив в голос многозначительности, — я не прошу поставить щеколду. Я прошу начать её ставить.
Бэрридон поднял на меня глаза.
