В забитом кафе скромное место свободно не осталось — мужчина ставит ногу на столик, привлекая к себе всеобщее внимание. Сидящий рядом девушка наблюдает за ним с легкой долей зловещего интереса. Вместе они создают удивительную парочку — чудо-чадо и чудовище в стиле современной фантастики, где обыденная жизнь может перерождаться в потрясающую сказку или ужасный кошмарь....
– Кстати, Елена Владимировна, – шеф вдруг оборачивается перед дверью в свой кабинет, – а вам Димка нравится?
От неожиданности снова теряюсь.
– Не скажу, – бурчу себе под нос, чувствуя, как снова заливаюсь краской.
Директор понял это как согласие. Заулыбался яркой мальчишеской улыбкой и скрылся за дверью своего кабинета.
Улыбка и у меня не сходит с лица. Я такая счастливая!"
"Ищу в шкафах еще одну вазу под цветы. Надеюсь, Олег согласовал ""извинения"" с женой, а то прилетит снова его фурия, увидит букеты, еще громче скандал закатит…
Вазы нет, надо спросить в других отделах, может, у кого есть лишняя.
Не успеваю позвонить Диме, как директор выходит с папкой в руке.
– Елена Владимировна, к планерке распечатайте…
Его просьбу заглушает телефон в моей руке. Вибрирует и поет входящим звонком. На экране высвечивается имя ""Алиса"". Что–то с Мариной? Сердце падает куда–то вниз от неизвестности и волнения за дочь. Она же недавно проснулась. Испугалась, что место незнакомое или что–то серьезнее случилось?
– Извините, мне нужно ответить, – не дослушав шефа, прерываю нервно.
Отхожу к окну, принимаю вызов. Алиса некстати включила видеосвязь.
– Лена, привет! – машет мне Димина племянница.
Яркая улыбка, значит все хорошо. Расслабляюсь, улыбаюсь ей в ответ, попутно бросаю быстрый взгляд на шефа. Олегу Дмитриевичу со своего расстояния экран не видно. Но голос дочери… может, не узнает?
– Привет! Что–то случилось?
Место девочки перед экраном занимает Марина.
– Мама, – на всю приемную раздается звонкий голос дочки. – Маруська молока дала полную баночку!
Прижимаю палец к губам, показываю, чтобы говорила тише.
– Ух ты, здорово, – отвечаю тихо.
Неловко перед шефом и за громкоголосую дочь, и за эксплуатацию его Алисы в качестве няни. Понимаю, что утаить все это не получится. Уже не получилось.
– Я ей за это цветочков нарвала! А еще у бабы Любы есть курочки и петушок, – так же звонко продолжает Марина.
Замолкает на полуслове. Глаза увеличиваются. Дочь видит за моей спиной приближающегося крупногабаритного дяденьку.
Олег Дмитриевич захватывает в плен мою руку с телефоном, поворачивает экран на себя. Я в ступоре. Что сейчас будет?
– З–здравствуйте, – испуганно мямлит моя.
Маринкину мордочку оттесняет Алиса.
– Привет, пап! – машет ему. – И пока!
И отключается.
