В забитом кафе скромное место свободно не осталось — мужчина ставит ногу на столик, привлекая к себе всеобщее внимание. Сидящий рядом девушка наблюдает за ним с легкой долей зловещего интереса. Вместе они создают удивительную парочку — чудо-чадо и чудовище в стиле современной фантастики, где обыденная жизнь может перерождаться в потрясающую сказку или ужасный кошмарь....
– Мариш, – спрашиваю кнопку, – а вы с бабой Любой сколько баночек посолили?
– Мно–ого. Баба Люба сказала: в семье пополнение, огурчиков больше надо солить.
– Да? – мама подозрительно прищурилась на меня, опустила взгляд на грудь, на живот. От ее красноречивого взгляда я чуть не поперхнулась своим же огурцом.
– Ма! Не смотри так на меня!
– … Вот мы и солили каждые два дня, – продолжает дочка рассказывать. – Нарастут, мы их в банку. Нарастут, мы их в банку. Только успевай вперед Чернышки собирать. Ба, теперь надо лаврушечки.
– Где–то была. Сейчас поищу, – а сама мне подмигивает, указывая на деловую хозяюшку.
– И гвоздичку. И перчик горошком, – вспоминает кнопка. Кажется, она что–то забыла и не может вспомнить. На глазах расстраивается ребенок.
– Не вспомнила? – спрашиваю.
– Неа.
– Давай позвоним бабе Любе, спросим?
– Да, давай! Я заодно спрошу как там Маруська, и Джесси, и курочки….
– Ты же утром их видела.
– Так то утром!
Набираю Любовь Михайловну, вкратце объясняю проблему.
– Так, девчонки, понятно все с вами, – посмеивается Димина мама. – Кто там у вас главный по засолке?
– Вообще Марина. А в помощниках у нее моя мама. А давайте я включу видеосвязь? И познакомитесь и проинструктируете?
Включаю видеосвязь.
Мама прическу поправляет, смущается.
– Здравствуйте, – робея. – Я Аня, бабушка Марины.
– А я Люба. Тоже получается бабушка, – смеется. – Приятно познакомиться.
Оставляю дам знакомиться дальше. У меня есть дела важнее.
После вечернего обхода мы с Олегом и Никой забираем из больницы Диму.
Я готовлюсь. Волнуюсь. Одно дело – больничные стены, другое – родной дом.
Димину квартиру мы с девчонками подготовили: выдраили все до блеска, очистили от посторонних запахов и следов чужой женщины.
Любовь Михайловна предлагала нам с Димой к ней перебраться, но он не захотел. Может и правильно. Сами справимся.
Надеваю белый с розовыми лилиями сарафан.
– Мама, ты как невеста! – отвешивает комплимент вбежавшая в комнату Маришка.
– Правда? – кручусь перед зеркалом. – Как думаешь, папе понравится?
– Конечно! Как такая красота может не понравиться? – копирует слова бабули, сказанные ею когда–то.
– Спасибо, солнышко мое, – целую кнопку.
